Владеет арабским, одним или двумя диалектами. Четыре года назад он вышел в отставку по состоянию здоровья, но с друзьями связь не теряет. И, что важнее, они не теряют с ним связь. Время от времени мы получаем от него полезную информацию, и нам хотелось бы, чтобы все осталось по-прежнему.
— Он получает жалованье? — спросил Дэлглиш.
— Не совсем так. Определенные выплаты время от времени производятся. В основном же он сам по себе. Однако Калдер-Хейл очень полезен.
Гаркнес сказал:
— MI5 не в восторге от необходимости делиться этой информацией, однако мы в интересах следствия настояли.
Конечно, вы должны держать это при себе.
— Если за расследование берусь я, оба работающих со мной детектива должны быть в курсе. Насколько я понимаю, вы не будете возражать против ареста Калдер-Хейла, если Невила Дюпейна убил он?
Денолм улыбнулся:
— Думаю, вы убедитесь, что он чист. У него есть алиби.
«Неужто!» — подумал Дэлглиш. MI5 сработала быстро.
Узнав об убийстве, они первым делом связались с Калдер-Хейлом.
Если алиби подтвердится, тогда его можно будет выключить из списка подозреваемых и все будут счастливы. И все же вмешательство MI5 грозит осложнениями. Официально они могут держаться в стороне, и это им выгодно, а неофициально будут отслеживать каждое его движение. Дэлглиш спросил:
— А как вы хотите представить это в суде? Для них это лишь очередной случай, и далеко не любая подозрительная смерть расследуется нашим отделом. Они могут заинтересоваться, почему началось следствие.
— Это не проблема, — отмахнулся Гаркнес. — Мы можем высказать предположение, что один из прежних пациентов Дюпейна был важной персоной и мы стремимся найти его убийцу, не попав при этом в неудобную ситуацию. Говорить все прямым текстом никто не собирается. Главное — раскрыть преступление. Офицер из отдела по расследованию пожаров сейчас в музее, как и Маркус Дюпейн со своей сестрой. Полагаю, вас больше ничто не задерживает?
Так, теперь надо позвонить Эмме. По дороге в офис Адама захлестнула обида, столь же острая, как полузабытые детские разочарования, несущая с собой суеверное подозрение, что жестокая судьба повернулась к нему спиной и его лишают заслуженного счастья.
Он заказал угловой столик в «Айви» на девять часов вечера. Обедая, они бы вместе решали, как провести выходные. Дэлглиш все рассчитал. Совещание в Ярде должно было продлиться как минимум до семи, и заказ столика на более ранний срок грозил бы катастрофой.
