Кому добавки? История выживания на орочьей кухне

Там, где секунду назад была живая тварь, оставались лишь аккуратно разделанные куски мяса, сложенные в правильном порядке.

— Мелкие кусочки для жарки, — сухо комментировала я, наблюдая за работой ножей. — Крупные — для тушения. А это пойдёт на фарш.

И тут же часть ножей принялись рубить паучье мясо на мелкие кубики, другие клинки нарезали мясо длинными полосками, а самые маленькие ножи превращали часть добычи в однородный фарш.

Я краем глаза видела лица орков, прижавшихся к центру защитного купола. Их глаза были широко раскрыты от изумления, а в выражении лиц читалось нечто близкое к религиозному трепету.

Они смотрели на меня не как на простую девушку, а как на нечто божественное — воплощение древних сил, которые их предки почитали священными.

Камнерук благоговейно шептал что-то на орочьем языке — молитву или заклинание. Торон стоял с открытым ртом, не в силах поверить увиденному. Даже суровый Острозуб смотрел на меня с выражением глубочайшего почтения.

Но сильнее всего меня поразил взгляд Адриана.

В его глазах не было страха или отвращения — только чистое, неподдельное восхищение. Он смотрел на мою магию так, как истинный ценитель искусства смотрит на шедевр — понимая всю сложность и красоту происходящего.

— Невероятно, — прошептал он, не отрывая взгляда от танцующих клинков. — Я никогда не видел ничего подобного. Это же совершенная гармония разрушения и созидания одновременно.

За какие-то пятнадцать минут от грозной армии пауков не осталось ничего, кроме аккуратно разложенных кусков мяса и стопок очищенных панцирей.

Всё было рассортировано по размеру, типу и предназначению — как на самом лучшем мясном рынке столицы.

Оружие медленно опустилось на землю рядом с изумлёнными орками. Клинки были идеально чистыми — ни капли крови, ни малейшего следа грязи. Они выглядели так, словно только что вышли из оружейной мастерской.

Я осмотрела результаты своей работы с удовлетворением повара, который только что разделал особенно удачную тушу:

— Отличное качества мяса, — объявила я орочьей группе, которая всё ещё стояла в оцепенении.

— Молодые особи, хорошо упитанные. Из этого получится превосходное жаркое.

Адриан медленно опустил руки, и защитный купол исчез. Магистр подошёл ко мне, его лицо выражало смесь восхищения и лёгкого страха:

— Эмма, — тихо сказал он, — то, что ты только что сделала… это было…

— Приготовила для нас ужин, — просто ответила я, хотя внутри всё дрожало от магического истощения.