– Людей вы жалеете? Никого вы не жалеете! Каждый день катались у него, целыми семьями – вы видели, сколько билет стоит? Откуда у людей такие деньги? А все воры! На нашей крови жируют! Ничего, особо не зажируете! – Она безумно расхохоталась. – Мой Васенька всем показал, на что способны народные изобретатели! На его изобретения так спонсора и не нашлось! Никто денег не дал, небось боялись, что на виллы ваши дорогущие да аквапарки не хватит – так вот вам ваш аквапарк! – Директриса свернула большую мослатую фигу.
– Васенька придумал, как его рвануть! А я сыночку чемоданчик подсунула! Сыночек – такая же мразь, как папочка, схватил, даже не задумался! И папашу убьет, и аквапарк взорвет, вот оно, воспитание! – и снова захохотала.
Мгновение висело молчание – а потом Соболева-мама пронзительно завизжала:
– Воспитание не нравится? – и рванулась к дверце «Мерседеса». Мурка с Кисонькой повисли у нее на руках.
– Пустите меня, я заткну ей рот!
– Ну что у вас за манера – затыкать другим людям рот, – укоризненно сказал Вадька. – Пусть высказываются – узнаешь много полезного! Вот я не очень знал, их вину доказать можно, а теперь – пожалуйста, признание! – И он показал свой мобильный Соболеву-старшему. На экране, плюясь и брызжа ненавистью, бесновалась директорша Анна Степановна.
Она подавилась хохотом и уставилась на Вадьку:
– Ты-ы! Мне про тебя Васенька рассказывал.
Эти бы придурки богатенькие никогда не догадались, – она пренебрежительно махнула в сторону Соболевых. – Я тебя ненавижу! – пронзительно завопила женщина и попыталась выбраться из-за руля. – Чтоб ты сдох!
– Сейчас я заткну ей рот! – решительно шагнула вперед Вадькина мама. – А я еще ей сочувствовала, мерзавке!
– Ты знал, – тихо сказала Мурка. – Еще в аквапарке понял, что это они.
Вадька поморщился:
– Мог бы и раньше догадаться! На нас упал холодильник, но столкнуть его никто не мог, потому что другого хода на площадку девятого этажа не было, кроме как по лестнице… – напомнил Вадька и вопросительно поглядел на Мурку.
Девчонка согласно кивнула, но сам Вадька уже отрицательно мотал головой. – А лифт? Кабинка лифта?
– Лифт же отключен… – начала Кисонька и осеклась.
– Вот именно! – с торжеством сообщил Вадька.
