– Завтра жду тебя здесь и в приличной для солидной организации одежде! Приличной, Лиза, - это когда глазам не хочется шариться под юбкой, а голый живот не прыгает наружу, соблазняя каждого встречного!
- Как скажешь, босс, - ничуть не смущаясь , мурлычем малявка, а меня, вопреки всему, это снова заводит. Да так не по-детски, что я готов сейчас уехать вместе с ней, - специально, чтобы такую одежду ей подобрать, которая не заставит меня дергаться каждый раз при чьей-то встрече с Карамелькой!
- Может, дождешься моего водителя? Через часик освободится!
Нет, самому везти девочонку домой – это уже совсем перебор!
Да и не факт, что на меня там не выльют чего-нибудь похлеще полироли!
Потому что отвечать за себя в ее присутствии становится все труднее и труднее!
Не говоря уже о том, когда это присутствие подразумевает замкнутое пространство и полное отсутствие свидетелей!
- Сама доберусь, спасибо, - от ее мурчания в животе раздается все усиливающийся набат.
И зубы сводит от того, что на нее, такую, сейчас половина города будет пялиться.
- Как знаешь, - стискиваю челюсти, тренируя силу воли. Не хватало еще мне от важных дел отрываться ради того, чтобы возить тут всяких барышень по домам!
- Нина, - вызываю верную боевую секретаршу, как только дверь за Карамелькой захлопывается.
- Еще кофе? – Ниночка, как обычно, появляется в ту же секунду и улыбается так светло, что прямо душа радуется.
- Нет, - качаю головой, прикидывая, а не взять ли мне ее с собой в Англию? Боюсь, что близость и вредность Карамельки доведут меня до того, что думать я буду просто неспособен! Стояк двадцать четыре часа в сутки, - совсем не то, что способствует ясной голове!
Большего объяснять Ниночке не нужно, - все поняв мгновенно, она проворачивает ключ в двери и, подойдя ко мне ближе, опускается на колени.
- Да, - с облегчением выдыхаю я, когда мой уже совсем сдуревший от первманентного возбуждения, член, сжимают ее упругие губы, толкаясь в нее так, как будто сейчас начнется конец света.
- Нет, - разочарованно вздыхаю, когда понимаю, что ни хрена не выйдет.
Вот уже полчаса я долблюсь в глотку Ниночки с хлюпающими звуками, от которых уже начало закладывать уши. Она мужественно терпит, несмотря на то, что слезы, текущие из глаз, давно уже смыли весь ее безукоризненный макияж.
Но весь ее профессионализм и мастерство сводятся на нет лукавыми глазами Карамельки, которые так и стоят передо мной, глядя на меня с немым укором.
