Скользил руками вниз, к животу, жалея о том, что их у меня, - всего две, и я не могу с ней быть во всех местах одновременно.
- Да, - голос Карамельки, моей сладкой, страстной, такой чувственной девочки, перешел на сипение.
-Да, - бедра под моими руками дернулись вперед и вверх, открывая мне ее естество, - такое же перламетрово-розовое, нежное, как и соски, - такое же влажное и горячее, как ее губы.
Наверняка она там тоже такая же сладкая, - от этой мысли меня по позвоночнику пронзила новая судорога бешенного желания, прямо-таки лихорадочного голода до всего в ней, до каждого миллиметра ее тела.
- Какая ты… Безумная, - прохрипел, скользя пальзами вниз, по ее налитому, пульсирующему под моими пальцами клитору, еще сильнее поддашемуся мне навстречу. – Ты просто ураган, Лиза, - уже стону, пригалая все свои силы к тому, чтобы сдерживаться, чтоб не наброситься и не ворваться в нее снова – так же дико, как в первый раз.
Она дрожит под моими пальцами, а я сжимаю двумя ее клитор, третим выписывая на нем какие-то безумные узоры.
- Да, - стонет, закатывая глаза, - и снова дергается вверх, мне навстречу.
Такая влажная, такая горячая, - нет, я ошибся, когда считал ее вулканом, - то, что происходит сейчас внутри, - это гораздо больше, это вообще Апокалипсис какой-то страсти!
С глухим стоном попыталась сжать ноги, - но я уже не дал, наваливашись над ней, распахивая их еще шире, прижимая бедрами. Медленно ввел в нее сразу два пальца, - и она выгнулась на постели под моими руками, выплескивая приглушенный крик.
- Да, маленькая, да, моя сладкая, - шепчу, как обезумевший, стараясь двигаться пальцами внутри нее как можно медленнее, как можно плавне, хотя внутри уже все взрывается на хрен. – Ты будешь кричать сегодня. Громко. До хрипоты…
Теперь я весь превратился в рычащую, дымящуюся и напряженно, бешено гудящую ракету, уже почти теряя весь контроль над собой, не замечая, как начинаю прикусывать ее соски, ее шею, ее губы, двигаясь внутри нее пальцами по-прежнему плавно…
- Хочу тебя, хочу до безумия, - сводит меня с ума срывающийся голос Карамельки, но я, не отступая от своего решения продлить все, что между нами происходит, только начинаю плавно двигать головкой, слегка входя в нее и тут же высказывая под судорожные вздохи уже нас обоих, чувствуя, как наши оба тела, слившись в одну безумную, бесконечную страсть, вздрагивают и дергаются с каждым разом все сильнее, все больше распаллясь.
