Конец сказки

Войско Кащеево выступило из леса, точно лезвие косы из травы. Вот только что просто стена деревьев – а вот шагают из нее разом сотни железнобоких дивиев.

Эти шли впереди всех. Ровно живой щит. За первой шеренгой появилась вторая, третья. Выступили идущие все в ногу людоящеры. Вылетели с гиканьем татаровья на своих косматых лошаденках.

А потом пошла вовсе чехарда. Затрещали деревья, попадали. Сквозь лес ехали огромные боевые махины и поездучие печи уродцев-шуликунов. Не обращая и малого внимания на бескрайний строй червленых щитов, выползали на свет Кащеевы нелюди.

Над ними вились жлезнокоготные коршуны. Чудища меднокрылые, до человечины кровожадные. Было их так несметно, что казалось – туча черная повисла.

Среди них мелькали страшилища и покрупнее. Летучие змии, запряженные в воздушные колесницы. В каждой сидело по два закутанных в меха татаровьина – один держал поводья, другой целился из лука. Их крылатые чешуйчатые кони щерились, извивали длинные шеи, выдыхали пламенные язычки.

А еще из лесу показалась избушка на курьих ножках. Те, кто ее заметили, даже головы невольно повернули – на месте ли самоходная хата Овдотьи Кузьминишны?

На месте была. Сидела по-прежнему старушка на крылечке и губу сердито кусала, взглядом сестру названую сверлила. Злилась, что до этакого дошло, что баба-яга на бабу-ягу клюку подымает.

Когда войско поганых вышло целиком, лица русичей посмурнели. Час назад многим казалось, что их тут такая силища, такая прорва, что Кащей задрожит и под печкой спрячется.

Теперь стало видно, что битва будет адской. Несметная рать против несметной орды. Полчище против полчища.

– [цензура], как их много… – присвистнул Васька Буслаев. – Это ж сколько могил копать придется!

Никто шутке не засмеялся. Отец Леонтий стиснул плечо гридня Алешки и тихо сказал, что коли жив сегодня останется, то в родной Ростов вернется, в Успенский собор.

Хватит с него дел княжеских, не по нему такая благодать.

Сотни тысяч напряженно смотрели, как развертываются бессчетные нелюди. Как разминает ноги конница, как встают рядами пешие вои. И как раздвигается эта живая лава в самой середине, высовывая длинный красный язык – ковер алого бархата.

По ковру зашагал Кащей Бессмертный.

Все сразу поняли, что это именно он.