Конец сказки

Но потом… что потом? Что с ним станет, когда иссякнет сила склянки?

И что еще хуже – что станет с ним, если склянка разобьется прежде срока? Это ведь самое обычное стекло. Благородного происхождения – Джуда сам плавил горный хрусталь, – но самое обычное. Урони его на камень – и нету склянки, есть осколки.

Зачем Джуда не использовал что попрочнее? Зачем был так неосмотрителен? Веками с тех пор ведь трясся день и ночь, волновался за сохранность своей души.

Трясется и теперь. Не знает, куда ее лучше спрятать. Дома нельзя – родной мачуб сейчас без присмотра.

Может, Кащею сдать на хранение, пусть в казне своей спрячет? Она-то уж охраняется так, что мышь не пробежит, птица не пролетит.

Нет, тоже нельзя. Это своими руками власть над собой отдать. Сейчас Джуда по доброй воле Кащею помогает – как что не по его, так сразу улетит, поминай как звали. А если у Кащея склянка с половиной души Джуды будет – так ему ж и не возразишь после такого.

Ладно. Пусть пока при себе полежит, в потайном кармашке. А там посмотрим.

Отложив, таким образом, решение на неопределенный срок, Джуда сошел с парапета и воспарил в воздухе. Длиннющая борода сама держала его, словно птичьи крылья. Силы чародейной в ней не меньше, чем в ступе душеньки Яги, в которую Джуда двести лет назад был влюблен.

В те времена та была молодой, жаркой, полной страсти. Да и Джуда был еще джигит хоть куда. Красавец, удалец, всего-то третий век разменял.

А уж как он тогда летал, как летал!..

Сейчас-то силы уже не те…

Но их вполне хватило, чтобы облететь чертог батоно Кащея и приземлиться с другой стороны. Там, где проходили проводы Карачуна. Весна подступает, пришло время ему покинуть эти земли, удалиться на полуночь, в края вечных морозов. Туда, где летуют все зимние демоны.

На проводы собрались многие. Сам Кащей в том числе – бессмертный царь лично прощался с Карачуном, одним из самых верных своих соратников. Много веков минуло с тех пор, как они заключили ряду, подписали договор о вечной дружбе.

Джуды в те времена еще и на свете-то не было. Но он знал, как это произошло. И знал, что оба с этого получили. Карачун, некогда один из самых могучих гримтурсов, явился в Кащеево Царство бессильным духом – он издыхал, был почти мертв. Но Кащей поставил ему капища, принес богатые жертвы, раздул почти угасший огонек древней силы.

И Карачун восстал. Взял власть над снегами сих краев.