Конец смены

В лобовом стекле «бумера» появляется маленькая круглая дырка. Вот теперь еще один риск: надо проехать последнюю милю по Шуггар-Хайтс с дыркой в стекле прямо над рулем — но в эту пору улицы пригородов пустые, а полиция дремлет, особенно в хороших районах.

Дважды к нему приближаются фары, и он задерживает дыхание, но оба раза машины обгоняют его, не снижая скорости. Через дыру с тонким свистом проходит январский воздух. Он добирается до особняка Бэбино без приключений. На этот раз нет необходимости набирать код: он просто нажимает кнопку «открыть», подключенную к камере.

Доехав до конца подъездной дорожки, он заворачивает на заснеженный газон, подскакивает на замерзшем пригорке откинутого снега, налетает на куст и останавливается.

Только вот есть одна загвоздка: он забыл и не взял с собой нож. Можно было бы взять его в доме, но тут у него есть другое дело, а дважды ездить не хочется. Пока он ляжет спать, ему еще надо намотать не одну милю, и ему не терпится все начать. Он открывает центральную консоль и роется в ней.

Конечно же, такой денди, как Бэбино, может держать там про запас какие-нибудь косметические инструменты, даже пилочка для ногтей пригодилась бы… но нет ничего. Он проверяет бардачок и в папке с документами на машину (кожаной, конечно!) находит страховую карту «Оллстейт», ламинированную в пластик. Вот это ему сгодится. В конце концов, как говорит реклама, они — «надежная рука помощи».

Брейди закатывает рукав кашемирового пальто Бэбино и рубашки, потом проводит по руке уголком ламинированной карты.

Выходит только красная полоска. Он повторяет, давит сильнее, сжав в гримасе губы. В этот раз кожа расходится и течет кровь. Он выходит из машины, подняв руку, потом наклоняется внутрь. Пытается наляпать кровь на сиденье и на нижнюю часть руля. Это мелочь, но не помешает. Особенно в сочетании с простреленным стеклом.

Он поднимается на крыльцо, и каждый пружинящий шаг — как маленький оргазм. Кора лежит под вешалкой — такая же мертвая, как и была. Библиотечный Эл дремлет на диване.

Брейди трясет его и, услышав неразборчивое бормотание, хватает двумя руками и скатывает на пол. Тот открывает глаза.

Взгляд у него затуманенный, но не совсем пустой. Может, в этой ограбленной голове уже не осталось Эла Брукса, но все-таки есть немного того второго «я», которое создал Брейди. Вполне достаточно.

— Эй, Z-Мальчик! — обращается к нему Брейди, присаживаясь рядом.

— Эй! — хрипит Эл, с трудом пытаясь сесть. — Привет, Доктор Z.