Конец смены

Сельма делает, как ей велено, и, выйдя в коридор, она наконец-то чувствует себя собой. Он обратился к ней — что-то в лесу сдохло. А что, если ему нравится смотреть демо «Рыбалки» так, как некоторым мужчинам — то, как девушки в бикини играют в волейбол? Опять-таки, что-то действительно большое в лесу сдохло. А вот зачем детям дают в такие штуки играть — большой вопрос. Для их незрелого мозга это не может быть полезным, не так ли? А с другой стороны, играются же дети все время в компьютерные игры, может, у них на это иммунитет.

Ну а сейчас у нее полно дел. Пусть Хартсфилд сидит, сколько хочет, и на свою игрушку глазеет.

Он же никому этим не вредит.

Феликс Бэбино сгибается в поясе как-то неестественно, словно андроид в научно-фантастическом фильме. Запускает руку в портфель и достает оттуда плоский розовый гаджет, похожий на электронную книгу. Экран серый и пустой.

— Здесь есть один номер, который я бы хотел найти, — говорит он. — Девятизначный. Если вы сможете его найти, сестра Скапелли, сегодняшний инцидент останется между нами.

Первое, что приходит ей на ум: «Доктор, вы сошли с ума», но сказать такого старшая медсестра не может в момент, когда ее жизнь в его руках.

— Ну как я это смогу? Я про эти электронные штуки вообще ничего не знаю! Я телефоном-то еле умею пользоваться!

— Это глупости. Как хирургическую медсестру, вас часто вызывали помогать. Ибо вы шустрая.

Да, это довольно близко к истине — но в хирургическом отделении Кайнера она работала лет десять назад: подавала ножницы, рефракторы, вату.

Она проходила шестинедельные курсы по микрохирургии — семьдесят процентов за нее оплатила больница, — но ей было не очень интересно. Или просто она так говорила. На самом деле ей было страшно не сдать. Но доктор прав: в свои лучшие времена она была очень шустрой.

Бэбино нажимает кнопку в верхней части устройства. Медсестра вытягивает шею и смотрит. Экран загорается, на нем высвечиваются слова: «Вас приветствует Заппит!» Далее на экране появляются всевозможные иконки. Пожалуй, игры, думает она.

Он проводит по экрану пальцем раз, второй, а потом приказывает медсестре встать рядом. Она колеблется; он улыбается. Может, это он хотел по-доброму пригласить ее, но женщина испугалась. Потому что его в глазах совершенно ничего нет — вообще какое-то нечеловеческое выражение.

— Подходите, сестра. Я не кусаюсь.

Кусается — не кусается. А если все-таки?..

Все же она делает шаг к нему, чтобы видеть экран, где туда-сюда плавают экзотические рыбки.