Конец Смуты

Сморгнув, я снова посмотрел на девушку, и наваждение исчезло. Ни зловещего лица, ни черных пронизывающих глаз – ничего. Увидев, что я смотрю на нее, она сделала книксен и убежала. Фу, похоже, у меня глюки. Девчонка, наверное, обиделась на мое невнимание и решила, что это оттого, что я боюсь нечистой силы, вот и завела этот дурацкий разговор. Откуда ей знать, что у меня в Швеции жена и теща, причем обе в коронах. Против этого тандема любая ведьма все равно что дите малое. Разжуют, выплюнут и фамилию не спросят…

Стокгольм встретил нас не слишком ласково: хотя ветер и поутих, но мелкий дождь совершенно портил настроение.

Портовый чиновник, прибывший на наше судно с досмотром, увидев вооруженных русских дворян, мягко говоря, очень удивился. Он и до этого не лучился радушием, а теперь, казалось, и вовсе раздумывал, не поднять ли тревогу.

– Кто вы такой, – спросил он простуженным голосом, безошибочно определив во мне главного, – и с какой целью прибыли в Швецию?

– Соскучился по своему брату, королю Густаву Адольфу, – отвечал я ему с беззаботным видом, – надеюсь, он в добром здравии?

– С чего это вы называете нашего доброго короля своим братом?

– С того, что женат на его сестре.

И знаете что, любезнейший, довольно невежливо игнорировать вопрос о здоровье монарха.

– Его величество в добром здравии, – тут же ответил чиновник, очевидно начавший понимать, кто я такой. – Вы герцог Иоганн Альбрехт?

– Именно так, а еще я русский царь.

Это моя свита, и я прибыл на встречу со своим братом королем. Он в Стокгольме?

– Да, ваше величество, – поклонился он.

– Прекрасно, а как поживает мой старый приятель капитан над портом Олле Юхансон?

– Что ему сделается, ваше величество… Позволено ли мне будет спросить?

– Когда вы собираетесь сойти на берег?

– Как будет угодно вашему величеству, мы всегда рады победителю датчан. Прошу лишь позволения сообщить прежде о вашем прибытии господину капитану над портом.

Сами понимаете, служба!

– О, конечно-конечно, порядок прежде всего, кланяйтесь господину Юхансону.

Швед, не теряя ни минуты, спустился в шлюпку, и его гребцы навалились на весла. Понаблюдав за тем, как они отходят, я скомандовал делать то же самое. Всех желающих сойти на берег одним рейсом было не перевезти, так что надо поторапливаться. Достигнув пристани, я первым выскочил из шлюпки и в нетерпении прошелся по твердой мостовой.