Конго Реквием

– В то время они работали в сотрудничестве с фармацевтическими лабораториями и составляли протоколы тестов, которые проводили на пациентах-добровольцах.

– Добровольцах? В приюте для душевнобольных?

– Ты понимаешь, что я хочу сказать. На самом деле они проводили собственные исследования. Я в этом ничего не понимаю, но тогда основным направлением были нейромедиаторы.

– Этим утром ты постарался втюхать мне, что «Фельятинки» были секретной тюрьмой, где допрашивали бородачей. Теперь ты хочешь, чтобы я поверил, будто они были передовой лабораторией? Там же просто убежище для депрессивных.

– Все это, вместе взятое. Только продлилось недолго. В середине двухтысячных Усено сорвался с крючка. Он был слишком выбит из колеи своим разводом и думал только о бабках. Решил развивать бизнес. А в конце концов разбился в Греции вместе с малышами.

– Вот он не желал отступать. Он начал работать в госучреждениях типа Шарко, но вышел из доверия у лабораторий: настоящим неврологом был Усено.

Виар вытащил наконец бумажный кулек из ноздри и встал. Эрван дослал пулю в ствол. Этот щелчок всегда производит должное впечатление, даже на Виара.

– Если не возражаешь, я приготовлю себе кофе.

Опять тот же номер на арене: Прыщ, любитель изысканных напитков. Что может быть опаснее фашиствующего молодчика при погонах? Тот же молодчик с кастетом из велосипедного ключа.

– Тебе сделать? – предложил Виар, стоя у кофеварки.

– Ристретто интенсо, если желаете…

– Пей хоть мочу тибетского ламы, если хочешь, но закончи свою историю.

Виар взял чашку и снова устроился на софе: он опять вошел в образ. Эрван, в свою очередь, убрал пистолет в кобуру. Тональность он задал, незачем бесконечно играть в ковбоя.

– Я не в курсе подробностей. Регулятор жестокости, по-моему. То, что называют «ингибитор». Они планировали создать нечто вроде вакцины против жестокости. Программа называлась «Фармакон».

– Представления не имею. Технически я никогда до конца не понимал, как это работает.

– И в чем заключалось участие государства?

– А в чем был интерес частных лабораторий?

– То, что предназначалось для насильников, в других дозах могло бы помочь агрессивным индивидуумам или чересчур импульсивным особам.