В принципе, не совсем зазвездившиеся и в большинстве своем толковые, с ними я тоже сдюжу. Поэтому, самое важное сейчас — нам нужна дополнительная рабочая сила в преддверии расширения границ познания этого падшего мира, потому что работали Вересовские по старой форме. Озаботься вопросом поиска подходящих руководителей на эту бренную скукоту, что нам упадет в награду за защиту отечества от иноземных дуревых захватчиков, чтоб им всем провалиться. — С чувством пробурчал недовольный Костолом. — Захватчикам и наградодарителям.
Зря я Вересовских заложил, в общем, теперь еще и их котомки тянуть, но леший с ним, уже не исправишь. Чалая у Тимирязева?"
"— Временная заморозка в связи со скамом китайской дури. — Ровно сложил документы и сжав их правой рукой, опустил ее вдоль тела, поднимая голову и глядя на Костолома, удручено покачавшего головой, когда телефон стал почти бесперебойно оповещать о входящих смс.
— Размораживай, пусть переходит, нам подрыва репутации не нужно даже в период нужды в допкадрах.
Чернов к концу недели составит список звеньев которым сделаем предложение на переход, все переговоры будешь вести ты. — Набрал номер и, взглянув на Костю, прижимая к уху телефон повел подбородком вбок и назад. — Ступай. — И сам только было тронулся, но взгляд натолкнулся на Саню.
— Пополнение в семье? — взглянув на переплетенные пальцы, с эхом утомленности вздохнул он, завершая только начатый звонок.
— Не исключаю, пап. — Мягко отозвался Саня.
Он умел лгать не только интонациями, но и взглядом. Однако, чувствовалось. Ощущалось интуитивно, что внутри нарастает именно то, что отражалось в глазах, когда мы были еще в моем городе и он разговаривал с отцом по телефону.
— Красивое пополнение, вкус у тебя есть — Заключил Костолом, без интереса мазнув по мне взглядом и вновь глядя на сына, — челюсть не сильно болит, Саш?
— Не особо. — Отрицательно покачал головой тот.
— Какие мысли возникают в период прилива болей? — кивнул отец, внимательно глядя в глаза сына.
Он знает… определенно догадывается, что эта мягкость, этот открытый взгляд, это просто фальшь…
— Об ответственности. — Глухо произнес Саня, мазнув в интонационном спектре глубоким сожалением и взгляд отца стал менее пристальным.
— Чудесно. — Улыбнулся ему Костолом. — Почти повзрослел и можно жениться. Я подумаю над этим.
Глаза в глаза и то, что бушевало внутри Сани непередаваемо.
