Я уже догадался к тому моменту, — усмехнувшись и подкурив себе, произнес Костя, едва приоткрывая тонированное окно и улыбнувшись глазами мне. В ответ совершенно по-детски скривившийся и перекрестившейся. Хотя хотелось как огреть, желательно с ноги. Сука, как играл-то натурально! Оба. Чуть праотцам душу не отдала в ходе импровизированной спецоперации.
— Я аккуратно, — качнул головой Денис, выдыхая дым в сторону так же едва приоткрытого окна, — там угол обзора такой, что моего лица не видно. Константин Юрьевич…
— Просто Костя.
— Поправил тот.
Денис кивнул, стряхивая пепел за окно и продолжил:
— Ян больной фанатик идеи революции и у него нет ни принципов, ни морали. Только его нездоровая идея. Он реально больной, просто помешанный на мысли разрушения устоявшегося порядка. Я распишу вам полностью где и в чем хранятся ваши деньги. Достать, в принципе, не особо сложно, даже учитывая, что он донатил анонимно в ряд фондов, но они подставные. Я смогу достать все это. У меня жена в Мадриде и я сделал все, чтобы о ее существовании Ян даже не догадался, и она совсем не дура, никак не отсветит, пока я сам не приду, но Ян совершенно больной ублюдок и…
— Я зашлю охрану, — кивнул Костя, бросив взгляд на похолодевшую меня.
Денис протяжно с облегчением выдохнул дым в окно, коснувшись ручки двери, как и мы все, когда Зеля тормознул в каком-то тихом дворе — время быстрой смены машин.
* * *"
"Костя привез нас в Подмосковье, припарковался среди безликого двора, коих тысячи. Денис, накинувший его пиджак на плечи, шел следом за мной.
Однотипная многоэтажка, четвертый этаж, совершенно обычная дверь за которой… да, конспиративная хата Анохина, с его печатями собственности во вновь невъебенном дизайне явно объединенной с соседней квартире и, очевидно, еще ни разу не пользованной, несмотря на то, что заряжена она была знатно и явно рассчитана на долгое проживание.
Вскоре приехали Ли и Кир.
— Лиза, операционная сестра со стажем. — Представилась Ли, раскладывая Гиппократские приблуды на огромном кухонном столе, пока Киру привезенные пакеты с бухлом и снедью помогал разбирать Костя.
— Время зашиваться, Денис Игорич.
— Хорошо, Елизавета Сергеевна, — усмехнулся Денис, покорно разворачиваясь на стуле так, как ей, заправляющую иглу нитью, было нужно. Я, сидя на подоконнике и дымя сигаретой, усмехнулась. Очевидно, Ян неплохо его поднатаскал в изучении своих врагов. Настолько, что Денис понял кто истинный враг.
Позже прикатили кронпринцы, привезшие сменную одежду Денису.
