Только брали в Артек не всех подряд, а лишь туберкулезников. Как видно сейчас считали, если ты здоров — трудись, как наши ребята.
Я же из пионеров ушел. Нет, не просто так — теперь я стал комсомольцем. В отличие от становления пионером, набор в эту организацию был еще жестче. Хотя бы потому, что здесь за тебя должны были поручиться. Либо двое других комсомольцев, имеющих стаж и «вес», либо член партии. Кроме этого нужно было заучить устав организации и ответить комитету комсомола на ряд вопросов про видных деятелей партии, значимые даты в истории и цель становления комсомольцем.
Если комитет устраивали твои ответы, то происходило зачисление. С поручительством проблем не возникло, хватило слова моего отца. А вот устав мне пришлось буквально зубрить, как и даты. Но ничего, справился. Скажете, для чего мне это? Да потому, что чем дальше, тем больше я убеждался, что чистый конструктор из меня не выйдет. На фоне того же Туполева я смотрюсь откровенно блекло. Хоть и умею уже не мало, но конкуренция — такая вещь… Я ведь вижу, как тот же Андрей Николаевич с Поликарповым соревнуются, доказывая, кто из них лучше, и чей проект нужно реализовывать в первую очередь.
Да и ходит на задворках сознания что-то про репрессии, которые Сталин будет устраивать в конце тридцатых годов. Кто попадет под каток и почему — мне сейчас непонятно, но самому оказаться под этим катком не хочется. А вот то, что Туполев, как и много раз вспоминаемый мной раньше Королев, будут осуждены и какое-то время будут «чалиться» — я помню.
Соответственно, если я хочу иметь хоть какую-то возможность это изменить, надо идти в политику. Путь в которую для меня лежит через комсомол и как стану старше — вступление в партию.
Постройка торпедоносца затянулась до конца года. В основном из-за чехарды с моторами и низкой квалификацией обычных рабочих, занимавшихся сборкой и отладкой самолета. Квалифицированных рабочих катастрофически не хватало, за каждого специалиста шла чуть ли не драка между заводами.
При этом производство нарастало не только в авиации, но и в других отраслях."
"С моторами была своя заморочка. Изначально планировалось ставить канадские «Лионы», но после сборки опытного образца и первичного полета с ними возникли проблемы. В итоге решили заменить их на французские «Лорены» схожей мощности. Своих моторов в стране еще не было, хотя над устранением этого пробела и работали.
