Она знает этого полицейского? Ну не первый раз видит точно. Поверхностное дыхание, застывшие в гримасе губы и этот стеклянный взгляд. Андрей немного разбирался в нюансах поведения, сейчас ее реакция больше всего походила на жертву насилия.
Что тут произошло, мать его?
После того, что она рассказала, все как-то само собой сложилось. Порванная одежда, синяки. Ее ведь, кажется, подвезли? И на проститутку девушка не была похожа, те в подобной ситуации иначе себя ведут."
"Поневоле полезли в голову разные мысли.
Он нахмурился. И пока инспектор зачем-то внимательно изучал его документы, продолжал незаметно наблюдать за девушкой. А та забилась в угол и теперь не отводила взгляда от черного пакета с телом, лежавшего на обочине. Андрею показалось, она даже дышать перестала.
***Настя просто задыхалась от того, как быстро и четко развертывался сценарий. Значит, они все-таки сделали это! Инсценировали аварию, чтобы прикрыть убийство. Спрятали концы в воду.
А она свидетель.
Но свидетелей в живых не оставляют, потому они и повязали ее, фактически сделали соучастницей.
Боже… Как ей было страшно в тот момент!
Слишком свежо было в памяти, как эти уроды умело и хладнокровно били ее, чтобы оставить правдоподобные следы. Их взгляды, в которых была даже не похоть, а равнодушное желание сожрать. И ее дядя, Николай Ефимович, этот старый бездушный мерзавец.
Сейчас Анастасия боялась, что Фомин может вдруг все переиграть. Или случится что-то еще. И тогда эти волки в погонах просто сожрут ее.
Мужчина рядом с ней скрестил руки на руле и медленно выдохнул. Настя тут же прилипла к нему взглядом. Что, если, не дай Бог, они вдруг решат повесить на него побои и попытку изнасилования?! Ей же даже не удастся отказаться! Она вынуждена будет подтвердить.
Господи, не дай этому свершиться.
Она забилась в угол и старалась сделаться незаметной – может быть, так о ней забудут. Потому что спасения ждать неоткуда. И ужаснее всего было знать, что из-за нее может пострадать невинный человек, который бескорыстно предложил ей помощь.
Этого она просто не могла перенести!
Наконец инспектор вернул документы и взял под козырек.
Их отпускают? Настя не могла поверить, у нее дрожали губы и руки тряслись. Последние остатки душевных сил ушли на то, чтобы не разрыдаться позорно от стыда и облегчения.
***Пока они вынужденно стояли, Андрей видел достаточно. И все-таки не мог понять, что именно с его попутчицей не так.
