Контракт на невинность

Я только расслабилась, и, возможно, у нас бы что-то вышло…

Камиль приподнимает саркастично темную бровь.

— Если ты забыла, я еще раз напомню: я заплатил около полумиллиона за твою девственность и еще сверху за роль жены. Мне еще и на шлюх бабло тратить? Зачем тогда ты мне?

Он уходит, закрыв дверь и оставив меня в своей спальне. Я громко и выразительно фыркаю.

Мог бы и признаться, что просто решил дать время мне привыкнуть. Почему бы ему не быть чуть мягче, раз уж он намерен оставить меня своей женой? Может быть, я и ссыкло, а ты, Камиль, тогда чертов грубиян.

"

"Я ложусь на огромную кровать с темным постельным бельем и заворачиваюсь в одеяло, которое все пропахло им.

Ладно. Пусть он грубиян, но неожиданно он оказался лучше, чем я представляла. Я думала, что Камиль ужаснее. Намного, намного ужаснее. Но то, что произошло сегодня дало мне надежду на то, что даже этого человека можно заставить стать чуть мягче. И, возможно, мне удастся найти к нему подход.

Эпизод 33

— Камиль, — произношу я утром в его машине, и грудь будто стягивает невидимым обручем от волнения, — какое мне платье покупать?

За окном капает мерзкий, мелкий дождь. Пока я шла от дома — успела вся продрогнуть, несмотря на теплую одежду. Прекрасный день для нашей свадьбы.

Камиль садится за руль, закрывает дверь и поворачивает в мою сторону голову. Я тут же отвожу взгляд, чувствуя, как мои щеки теплеют.

После того ночного идиотизма, которым я его мучала, мне до сих пор стыдно. Утром стало стыдно. “Не могу, не хочу, боюсь”… С другой стороны, ведь он должен понимать, что у нас значительная разница в возрасте. Да и в опыте.

— Какое угодно, — произносит он и мы выезжаем на дорогу.

— Камиль, — вздыхаю я, — какое угодно не подойдет. Если мы расписываемся без свидетелей — то я возьму такое, в котором мне будет удобно. Если ты пригласишь каких-нибудь крутых друзей с женами, то…

— Цыпа, — перебивает меня он, — возьми такое, какое тебе понравится.

За любые деньги. Мне все равно. Всем остальным тоже. Ты не за президента замуж выходишь.

Я молча сверлю его взглядом. Его беспристрастное лицо. Словно он завтракать в кафе едет, а не расписываться. Будто бы следует какому-то плану, в который, правда, меня он не хочет посвящать. Ни тени волнения — сплошная холодная сосредоточенность.