– Ты сумасшедший…
* * *– Я знаю, – его глубокий голос наполняет хрипотца. Она щекочет нервы. Как яд, пробирается под кожу, разливаясь в теле электричеством.
Исаев опускает губы на мою макушку. Прижимается к ней, но не целует. Кажется, просто стоит и дышит. Молча. Его руки по-прежнему крепко держат меня, чтобы я не брыкалась. Вдавливают в литое тело, от которого исходит жар.
Дышать нечем. Сгустившийся между нами воздух убивает…
Мне бы хоть немного отстраниться, сделать глубокий вдох, и помочь сердцу выровнять биение.
Но нет. Я просто стою, уткнувшись носом в его грудь, при этом мучаю себя душевными терзаниями.
Хватит, Маш!
Хватит жалеть Петра!"
"Ведь ему было хорошо, когда он расслаблялся с той девушкой. Ему, наверное, и сейчас не хуже, а может быть даже и лучше. Наконец-то у меня открылись глаза. И я смогла разглядеть истинное лицо мужа.
Тогда почему не могу позволить себе забыться?
Почему?
Просто отдаться ощущениям на одну ночь, и будь что будет. Может быть Руслан прав? Всё, что происходит с нами – к лучшему.
И мы с ним встретились не зря?
Не могу сказать, что он мне противный. Наоборот. Он слишком притягательный мужчина. Многие девушки о таких только мечтают. А у меня выпал реальный шанс, а я отталкиваю его, как единственную, приплывшую к берегу спасательную шлюпку. Даже если эта шлюпка – самообман…
Если бы Руслан меня отпустил, что было бы со мной этой ночью? Скрылась бы в кофейне и напилась в хлам, как делают большинство униженных жён? А как ещё обезболить душу? Как мгновенно стереть память? Конечно это не выход, когда рушится весь тобою созданный мир.
Но другие варианты я бы наверное не рассматривала. Я же не боксёр – выместить всю злость на груше, чтобы быстро прийти в себя.
Запутавшись в своих мыслях, отпускаю их. Отогреваюсь окончательно. Горячие струи воды приятно лупят по коже, смывая с меня кровь и долгий ужасный вечер.
Здесь и вправду душно, как в парилке. Оживляюсь. Разжимаю затёкшие кулаки. Кончики пальцев, не справляясь с нервным напряжением, противно подрагивают.
Меня до сих пор колотит. И дрожь эта имеет прямое отношение к человеку, который сейчас стоит рядом и сводит меня с ума…
Боже… Я и вправду его хочу. Пугаюсь этой внутренней потребности и ничего не могу с собой поделать.
Это выше меня.
Это необъяснимо.
И если бы Пётр не согрешил сегодня, то завтра, попади я в объятия Исаева, точно бы согрешила сама. Поддавшись искушению, превратилась бы в падшего ангела.
