Так больно ощущается, словно я кость проглотила, а не глоток воздуха. Только сейчас замечаю на своих кистях царапины. Много. Словно кто-то сеточку нарисовал алой краской. Жжёт и кровоточит. Несильно, но этого достаточно, чтобы запаниковать. Уставиться на руки и ужаснуться.
– Я не хотела, прости… – срывается само собой.
– Ерунда, – бросает Руслан, усаживая меня на тумбу с раковиной. Прижав мои плечи к стенке, заглядывает в глаза. Его красивое мужественное лицо тут же расплывается пятном. Моргаю, прогоняя слёзы. – Дай мне пару минут.
Затем продолжишь разносить в щепки мой дом. Если возникнет такое желание. Ладно?"
"Он смотрит, не отводя взгляда, а мне вдруг становится стыдно. На моём счету уже числится разбитая плазма в этой спальне. Теперь добавилась половина стеклянной стены, не говоря уже о том, что я угрожала ему ножом и разукрасила лицо с шеей несколькими длинными царапинами. Вырваться на свободу у меня так и не получилось.
– Сидишь смирно, вандалка? – ухмыляется гад.
Лучики морщинок, появившиеся вокруг сощуренных глаз Исаева, приковывают моё внимание.
На секунду мне кажется, что он совсем не тот, кем пытается быть…
– Сижу… – ворчу, исподлобья отслеживая его действия. На торс пытаюсь не смотреть, но честно признаться, у меня плохо выходит. Поэтому замечаю в районе солнечного сплетения, в поросли курчавых волосков, присохшую ранку от ножа.
Идиот…
– Почему ты такой?
– Какой?
Руслан открывает сбоку выдвижной ящик. Достаёт оттуда аптечку с антисептиком, чистые бумажные салфетки.
Ставит рядом с моим бедром.
– Странный. Такой жёсткий и властный мужчина, коим ты являешься, не может проявлять заботу после всего того, что случилось.
– Вообще-то, я пытался это делать в течении дня. Но ты не оценила. Вот только сейчас заметила, устроив в моём доме Армагеддон.
– Я уже извинилась.
– Помню.
Открыв аптечку, выуживает из неё компресс, смачивает перекисью, затем протягивает мне ладонь. Я молча вставляю в неё руку и прикрываю глаза, погружаясь в глубину собственных ощущений.
– Больно?
Не отвечаю, лишь отрицательно верчу головой. Знал бы он, как мне сейчас приятно, не задавал бы лишних вопросов.
– Маша? – бархатный, заманчивый голос звучит так обворожительно, что я не в силах вынырнуть из вязкого блаженного тумана.
– М?
– Сейчас пощиплет немного.
– Угу… – стоит мне расплыться по стенке ещё больше, как кисть тут же обжигает огнём. – Ай! – вскрикиваю, распахивая глаза.
– Я предупреждал, – хмурится Руслан. – Дай мне вторую руку.
