От неожиданного заявления Исаева даже приходится немного опешить. – Но в данный момент, Маша, об этом не может быть и речи. В контракте прописан этот пункт. Ты его пропустила.
Только я хотела порадоваться чему-то светлому, вспыхнувшему в груди, будто бы слабому огоньку надежды, как он в один момент всё омрачает, озвучивая обязанности фиктивной жены.
– Главное правило – не беременеть. В связи с залётом, ты обязуешься согласиться на аборт. Прими эту таблетку сейчас.
И тут-то меня начинает клинить! Даже передёргивает слегка.
– То есть, ты трахнул меня, не позаботившись о защите, а сейчас вынуждаешь проглотить это дерьмо? Врубить в моём организме мощную шоковую терапию??? – такое чувство испытываю, словно меня насильно стерилизуют.
Конечно он прав. Не время для залёта, тем более при таких обстоятельствах. Но всё же мне неприятно. Я бы сама позаботилась о себе, но когда это происходит с подачи мужчины – выглядит так, будто тебя окунули лицом в грязь и перекрыли доступ к кислороду.
– Ты имеешь полное право на меня злиться, – Исаев щурится, касаясь костяшками пальцев контуров моего лица и шеи.
Я ощущаю, как в кабинете электризуется воздух. В кончиках моих пальцев, сжимающих таблетку, покалывает напряжение. Как будто пульсирует, взрываясь болезненными вспышками. Он меня трогает, и от этого становится ещё больнее, потому что касания настолько нежные и приятные, что хочется забыть обо всём или просто умереть из-за того, что его слова идут вразрез с действиями.
– Из-за тебя я слетел с катушек. Я должен был учесть последствия, но потерял контроль.
Тем не менее менять решение не стану. Ты нужна мне в качестве жены. Относись к этому, как к сделке. Речи о наследнике не шло, поэтому лучше предостеречься заранее. Пока ты ещё не беременна, прими таблетку, Маша. Не нужно делать из этого трагедию. Упустишь момент, сделаешь только хуже. Я тебе не предлагаю яд. Это всего лишь контрацептив. Встречу с хорошим гинекологом организую для тебя завтра. Ничего не планируй на утро.
Не делая резких движений, Руслан отворачивается и отходит от меня, чтобы наполнить бокалы вином.
Одной рукой подхватывает мой бокал, второй берёт канапе с ярко-розовой ветчиной, оранжевым сыром, оливкой и ещё с какими-то специями и зеленью. Возвращается обратно. Подносит крошечный бутерброд к моему рту."
"– Попробуй, это очень вкусно, – его чувственные губы трогает едва заметная улыбка. Я подвисаю на них взглядом, совсем чуть-чуть, вспоминая, как упоительно он целуется… – Открывай рот, Мария.
