Контролер

В той операции волковская группа потеряла двоих, один погиб, второй стал инвалидом. Через месяц прошел слух, что Джанхотов снова на свободе, потом подтвердился. В марте девяносто шестого Игорь своими глазами наблюдал результаты налета этого героя на военный госпиталь. Казалось бы, повоевал, кое-что увидел в жизни, куда там, еле успел выскочить на воздух, как вывернуло наизнанку. Да, что он, все в этой жизни испытавший и через очень многое прошедший Волков, тоже здорово побледнел лицом. Вот, тогда-то он и сказал.

— Боюсь, — он прикурил третью сигарету от второй, — даже уверен, что взять его живым во второй раз просто не получится… — И все сразу поняли, не жилец этот самый Джанхотов. Несмотря на всю крутость и завязки в верхах.

Держа букет на уровне глаз, он прошел через зал и внимательно осмотрелся. Игорь прятался за цветами от персонала, а не от чеченцев, те не могли помнить его в лицо: тогда, в декабре он был в маске. Кстати, и голос его они тоже не слышали, потому что он все время молчал.

Говорил, вернее, орал тогда сам Джанхотов, корчась от боли в стальном захвате щуплого Гоши Рыжикова. А его телохранитель Сату вообще ничего не видел и не слышал, в самом начале их увлекательной встречи лично Волков послал его в глубокий нокаут, сломав при этом челюсть.

«Так, кто у нас здесь? Ага, господин, блядь, генерал собственной персоной. Румяный такой, прикинутый тысяч на пять баксов. Мясо правой рукой режет, зажила, значит, ручка. И этот клоун в камуфляже и со «Стечкиным» жует, аж за ушами трещит, как будто челюсть не ломали, надо же.

Кто еще, девки? Девки не в счет. Все, что ли? Как же, размечтался…» За соседним от горцев столиком сдержанно пили минералку «трое в штатском», коротко стриженные подтянутые парнишки в недорогих костюмах и при галстуках. Гуляющего по буфету в самом центре Москвы террориста, убийцу и врага государства явно это же самое государство и охраняло. Или те, кто его об этом попросил и занес денег в кассу. И были эти трое явно не ментами из соседнего околотка, а самыми настоящими волкодавами, подготовленными и очень опасными.

Игорь пересек зал и, свернув налево, оказался в баре. Бросил взгляд на тамошнюю публику, посмотрел на часы и, протяжно вздохнув, устремился к выходу. Что было дальше, вы уже знаете."

"Общежитие, которым его и других бесквартирных офицеров управления, осчастливила Родина-мать, на счастье тоже располагалось в центре, в каком-нибудь километре от метро, так что добежал он быстро.