Контролер (ПВ-3)

И две книги прочитал, хоть ни жанр, ни сюжет мне в них особо не понравились. Пытался сколотить группу для игры в «героев», но не получилось. Игра завоевала любовь прежде всего среди молодежи, а в больнице лежали люди более зрелого возраста. Я был самым молодым. Ну и когда все же нашел тех, кто согласился попробовать, ничего не вышло. В качестве мастера игры пришлось выступать мне самому, а там выяснилось, что половина высказавших желание поиграть мужиков — сами поучаствовали в империалистической войне и «навыки персонажей» для них казались детским лепетом.

Конечно, они были сильно упрощены и условны, это же игра. Но видно мне попались те, кто любит докапываться до мелочей. И казак по их мнению должен не только шашкой уметь махать, но и в рукопашной быть лучше штурмовика, и всадник на скаку из пистоля не попадет, даже если кубик выдал максимальное значение… Да и те же кубики — нашлись только шестигранники, а для героев нужны кубы и с большим числом граней. Короче, попробовал я поиграть с ними и плюнул, нервы дороже.

Из больницы меня забрал приехавший на машине Михалыч. Я его после того случая в первый раз видел. Мужик очень переживал, что никак не смог мне тогда помочь.

— Ты уж прости меня, Сергей Федорович. Я как услышал взрыв, тут же все бросил и к тебе побежал. Охранника того на проходной даже приголубить пришлось, не хотел пускать меня, скотина. Да толку-то? Пока добежал, рядом с тобой уже рабочие, что рядом обретались, столпились. Кирпичи они живо пооткидали, да тряпку к твоей голове приложили, чтобы кровь остановить.

За дохтуром уже кто-то побежал. Только и смог, что убедить их тебя в машину донести, и тут же в больницу рванул.

— Все нормально, Михалыч, уже все нормально, — попытался я его успокоить. — Лучше расскажи, что без меня было?

— Да что там могло быть-то? — даже удивился он. — Ну, Савинков меня несколько раз опрашивал. Что видел, где был, когда взорвалось на том комбинате, будь он неладен. Да и все. Я ж в высоких кабинетах не бываю. Что там — ужо не моего ума дело.

Махнув мысленно рукой, решил, что все узнаю от Андрея. От Кондрашева только одна весточка была, которую он через Люду передал. Мол, ждет, когда я поправлюсь, есть какие-то новости от Алксниса. Очень хочет Яков Иванович меня видеть, а зачем — я без понятия. До этого от него ни слуху, ни духу не было."

"Дома меня уже ждали. Мама испекла рыбный пирог, запах которого сбивал с ног еще на лестничной площадке, отец тоже пораньше отпросился с работы.