Не знаю, что она за человек.
Серж попытался, как всегда, улыбнуться жене.
– У нас не было детей по никому не ясной причине. Помнишь, как удивлялся доктор Жанвиль, он не мог понять, в чем дело. В конце концов он объяснил это так: «С точки зрения медицины все в полном порядке, наверное, господь решил вас таким образом за что-то наказать»."
"Серж с Зоей тогда легкомысленно отнеслись к подобному утверждению. Но сейчас умирающий был твердо уверен – бог наказал их за брошенную девочку.
– Искупи нашу вину, – попросил он супругу, – отыщи свою дочь, вдруг она нуждается, у нас немалые деньги, пусть лучше достанутся ей, чем государству.
Поклянись, что выполнишь мое желание.
Отказывать умирающему в последней просьбе не принято. И Зоя подняла вверх правую руку, но Серж остановил ее:
– На Библии, на Священной книге.
И она торжественно поклялась на Библии. К утру господина Д'Обиньона не стало.
Зоя осталась одна. Хорошо обеспеченная, ни в чем не нуждающаяся, но одна. Рухнул привычный уклад жизни – не для кого готовить теперь еду, не с кем гулять в парке… Иногда женщина, забывшись, вскакивала утром с кровати и неслась на кухню.
На пороге вспоминала – Сержа нет и варить кофе не нужно.
Зоя любила мужа, но всерьез не собиралась выполнять данную ему клятву. К неизвестной ей женщине она не испытывала материнских чувств. К тому же Лида скорей всего замужем. А вдруг алкоголик Виктор еще жив и потребует сбежавшую супругу к ответу?
Через пять лет Зоя заболела. По странному совпадению на нее набросилась болезнь Сержа – рак легких.
Теперь уже облучение, операции и химию пришлось переносить самой. Однажды женщине приснился сон. Покойный муж в белом хитоне укоризненно качал головой и грозил ей пальцем. Больная проснулась с криком. Таким сердитым она при жизни никогда Сержа не видела. Но это, как оказалось, только начало. Муж стал являться каждую ночь и пугать Зою. Измученная мадам Д'Обиньон перестала спать. В конце концов она обратилась к священнику, исповеднику Сержа, справедливо полагая, что муж рассказал тому перед смертью все.
Пожилой священнослужитель молча выслушал Зою и сказал:
– Большой грех нарушать клятвы, данные человеку на его смертном одре. Муж напоминает вам о невыполненном долге.
Помаявшись еще с недельку, Зоя отправилась в агентство «Пинкертон» и наняла детективов. Она решила узнать о девочке Лиде Артамоновой все.
Шел 1997 год. Берлинская стена давно пала, «холодная война» закончилась, и агенты «Пинкертона» могли без особых трудностей выехать в Москву.
