Довольно молодой, но какой-то помятый доктор равнодушно поглядел на бьющуюся в истерике Энн и потребовал:
– Пусть мать успокоит ребенка.
Капа принялась обещать дочери за хорошее поведение золотые горы и грузовики конфет. Как бы не так. Малышка визжала все громче и громче.
– Вот что, – четко сказал ей врач, – будешь вопить, велю положить тебя в больницу и стану каждый час делать укол, а заткнешься – через полчаса дома будешь, выбирай!
К нашему безграничному удивлению, Энн, вскрикнув в последний раз, захлопнула рот.
– Надо же, она вас поняла! – удивилась я.
– Почему же нет? – ответил доктор. – Это только родители думают, что их чадушки маленькие, на самом деле с ребенком лучше обращаться построже. Прикрикнешь, и разом заткнется.
– Да вы просто варвар! – возмутилась экспансивная Маня. – Орать на перепуганного полуторагодовалого ребенка! Что за свинство, даже ветеринарам советуют не пугать животное на приеме, а ободрить его!
– Это ты мать ребенка? – поинтересовался врач, доставая какие-то бумаги.
– Нет, – оторопела Манюня, – мне только четырнадцать.
– Сейчас и в двенадцать рожают, – ухмыльнулся эскулап, – а раз не мать, так помалкивай, пока из кабинета не выгнал.
Пораженные столь пещерным хамством, мы удрученно закрыли рты, и парень смог наконец приступить к работе.
– Имя, фамилия, адрес, – потребовал он сурово.
– Энн Крутов, город Юм, штат Пенсильвания, – охотно сообщила Капа.
– Это где же? – изумился «Гиппократ».
– В Америке, – пояснила Манюня.
Хирург положил ручку, оглядел нас с ног до головы. На неприветливом лице засияла широкая улыбка.
– Так вы иностранцы!
– Да, – подтвердила я, – из США.
Капа вытащила паспорт:
– Вот.
– Если не москвичи, то оказание помощи платное, – продолжал улыбаться парень, – двести рублей в кассу, потом с квитанцией ко мне.
– А где касса? – растерялась Капа.
– Выйдите на улицу, седьмой корпус, третий этаж, только ночью все закрыто.
– Но как же… – продолжала наивная американка, – что же делать?
– Это не я придумал, – усмехнулся доктор.
Мне надоели пререкания, и я вытащила сто долларов."
"При виде купюры врач оживился чрезвычайно и сказал:
– Сейчас позову Виктора Павловича, он по таким делам спец.
Призванный коллега в мгновение ока достал из дрожащей от ужаса Энн монетку и, бросив денежку в эмалированный лоток, ласково сообщил:
– Все, и бояться не стоило.
Сразу повеселев, мы двинулись на выход.
