Контрразведчик

В один из осенних дней, когда по ночам уже заморозки случались, начальство Матвею задание дало – выявить и арестовать поджигателя склада в Парголово. В склад свезли зерно, собранный налог с селян. А ночью склад полыхнул. Телефона на складе нет, сторож в возрасте, пока добежал до пожарного депо, да пока пожарные на лошадях с бочками воды и ручным насосом добрались до горящего склада, уже тушить нечего было. Хорошо – успели отстоять от огня соседние постройки. Плохо, что пожарная команда затопила и залила водой все возможные следы.

В первую очередь Матвей допросил сторожа. Он находился в небольшой сторожке при воротах, имел ружьецо – берданку, однако оружие от пожара не уберегло. Выяснилось, что деревянное здание вспыхнуло в три часа ночи с задней стены, занялось быстро. Матвей с сотрудниками пошел осматривать остатки склада. Бывшая задняя стена выходила в переулок. Сейчас здесь обгорелые бревна, запах пожарища, головешки. Наверняка поджог, бревна склада поджечь не просто.

– Павел, ищем стекло или саму бутылку.

Бревна стены базировались на каменном фундаменте. Сделано было добротно и давно, не иначе дореволюционный купеческий склад. Бревна не осмолены, учитывая сырую погоду, не загорятся, даже если окурок на них бросить. Нужен источник огня. Почти сразу сотрудник воскликнул:

– Остатки стекла, похоже – бутылка разбитая.

Матвей подошел, осмотрел. Искать следы на закопченном стекле бесполезно. Но разбитая бутылка подтверждает версию поджога, одновременно служит доказательством невиновности сторожа.

Если бы поджег он, то сделал это с территории склада, с внутренней стороны. Матвей поднял стеклянное донышко, понюхал. Керосином пахнет. Не бензин и не самогон, у них запах другой. Вернулись в сторожку.

– Керосиновая лавка в поселке есть?

– Даже две. Одна на площади у рынка, вторая на Мещанской. Ой, ныне она Краснознаменная.

Керосин продавали по талонам, использовался для примусов, для освещения в керосиновых лампах. Электричество было не во всех селах, поселках и небольших городах и керосин был востребован, в дефиците.

Ведь главным поставщиком нефти были бакинские и грозненские нефтепромыслы, до революции принадлежавшие Нобелю. И все получатели керосина теперь под подозрением. Только как их проверить, коли счет на сотни? Если исключить заведомо неспособных на поджог – совсем дряхлых дедушек и бабушек, физически немощных инвалидов, то все равно остается много. И Матвей, что с ним бывало редко, попал в тупик.