Телохранитель схватил рогатину и, с силой навалившись на приставную лестницу, откинул ее от стены. Внизу послышались звуки падающих тел, проклятия и ругань. Но спецназовец уже метнулся к следующей стене и, успев схватить припрятанный арбалет, метким выстрелом в упор пробил насквозь пытавшегося прикрыться щитом бандита. Рогатиной ему удалось скинуть и эту лестницу. Ободренный успехом, Федор метнулся дальше, не обращая внимания на просвистевшие над ухом стрелы, пущенные снизу."
"Ему еще раз удалось метко разрядить подобранный из листвы арбалет в залезшего на стену противника, более того, прикрывшись щитом, он, разогнавшись, сильным ударом скинул вниз не успевшего встать в боевую стойку наемника и – о везение! Рыцарю повезло вытянуть одну лестницу наверх, и он собрался бежать к четвертой стене, когда прилетевший снизу болт сбил его с ног.
Да, «кожа дракона» не позволила железной стреле пройти внутрь тела, но от резкой боли поврежденная правая рука выронила меч и полностью онемела. Федор огляделся. Плохо дело, на трех стенах уже были видны прикрывающиеся щитами фигуры головорезов.
Но двор, в отличие от стен, ничем не освещался, и только маленький огонек указывал путь к двери центральной башни. Теперь была только одна надежда – добежать до этой спасительной двери, не свернув в темноте шею. Прихватив из кучи мусора припрятанный арбалет, Федор кинулся вниз, стараясь не думать о пульсирующей боли в руке. Один шустряк с факелом пытался преградить ему дорогу, но быстро передумал, получив железный болт в живот.
Ну, вот еще чуть-чуть… Федор вбежал в башню и, захлопнув дверь, перекрыл ее засовом. И тут небольшой камешек со звоном ударился о тыльную часть его шлема. Рыцарь, сделав шаг в сторону, быстро развернулся, и как раз вовремя, чтобы успеть щитом парировать пролетевший мимо удар меча. Его спасло то, что противник, желая нанести как можно более сильный удар, вложил в него весь свой вес, и, когда клинок попал в пустоту, по инерции наклонился вперед, подставляя шею под удар боковой стороной щита.
Добив упавшего наемника еще одним ударом, рыцарь плюхнулся на каменный пол, обессилевший от раны и усталости.
– Только семь, а их еще двадцать, – с тоской в голосе сказал он. – Мне конец, Лохматик.
– Жаль, ты был хорошим хозяином, – сочувственно вздохнул подбежавший к нему зверек.
– Спасибо, что камешек кинул.
– Всегда пожалуйста. Зря ты меня не послушался, рыцарь… Спрятались бы мы в начале пути где-нибудь в лесочке, может, и твоя жизнь сложилась удачнее.
