Конунг Туманного острова (СИ)

— Знаю я этого Ицхака. Из него медного гроша не выбить.

— Я зерно от податей пристроил по хорошей цене, — похвалился Виттерих, который вознаградил себя за этот подвиг еще одним кубком вина.

Баддо с уважением посмотрела на него. Муж явно вырос в ее глазах. Жизнерадостный гуляка, у которого золото уходило сквозь пальцы, словно вода, постепенно превращался в рачительного хозяина. Впрочем, она очень много трудилась, чтобы это чудо, наконец-то, произошло.

— Значит, война еще не началась, а денежки в нашу казну уже потекли? — уточнила герцогиня.

— Ты заказал в Словении рубахи и плащи для наемников-вендов?

— Ага! — счастливо улыбнулся Виттерих. — И хорошую цену сторговал.

— Неужто, и мы заживем, как люди! — Баддо присела рядом и подперла кулаком щеку. — Как вспомню братиславских княгинь, так прямо зависть меня съедает. Они-то уж точно ключниц и кухарок по щекам не бьют и на девятом месяце припасы по подвалам не пересчитывают. Э-эх!

— Ну, ты сравнила! — фыркнул Виттерих. — Там соляные копи, железо и серебро.

Там если и украдут чего, князь даже и не заметит. А у нас с тобой что? Далмация разоренная? Поэтому, душа моя, я буду воевать, а ты — лазать по подвалам, пересчитывать мешки с зерном и колотить кухарок. Мы на этой войне очень неплохо заработаем, Баддо. Я прямо печенкой чую! Батистовые портянки носить будем!

— Да тьфу на тебя, охальник! — в притворном ужасе замахала руками герцогиня. — Словеса колдовские в нашем доме произносишь! Святой отец епитимью суровую на тебя наложит!

Впрочем, в глазах Баддо горела жаркая надежда.

Ей очень хотелось пожить по-человечески и выглядеть хотя бы на мизинец так, как эти задаваки из Братиславы. Баддо вздохнула и тяжело поднялась из-за стола. Ее разговор с кухаркой еще не закончен…

1 В глазах современников первый Рим пал и потерял свое сакральное значение. Поэтому римлянами считались грекоязычные ромеи Востока. А вот жителей Рима уже тогда стали называть италиками и близкими по значению понятиями.

Армия эмира Синда пришла к Арору как раз в тот момент, когда царь Чач вышел с войском, что собрал в северных землях.

Знающие люди углядели в его рядах пенджабцев из Мултана и отряды тяжелой кавалерии раджпутов, живших за великой пустыней Тар. Лучшие воины этой земли, которые с раннего детства не знают ничего, кроме войны. Они сменили пышные тюрбаны на роскошные шлемы, а своих коней укрыли попоной, расшитой железными пластинами. А еще раджпуты никогда не сдавались, предпочитая славную смерть позору поражения.