Конунг Туманного острова (СИ)

— Мы отработали все нити, которые смогли отследить после мятежа. Против нас работают люди умные, поэтому концы зачищены. Всех, до которых мы дошли, убили. Все трое зарезаны в один день в разных концах города. Имена их установлены.

— Они работали вместе? Они были знакомы? — спросил Коста, для которого все это не было новостью. Пирамида из бунтовщиков растаяла. Девять десятых оказались просто горластыми уличными дурнями, которых можно легко подбить на любую глупость. Десятая часть получила деньги от полузнакомых личностей и призывала горожан к бунту.

А вот те личности, кто эти самые деньги раздавал, оказались мертвы.

— Все трое работали в порту, пан майор, — в глазах сыскаря мелькнуло тщательно скрываемое одобрение. Впрочем, оно тут же исчезло, а поверх него выглянуло чувство вины. — И на этом все. Никто ничего не видел. Никто ничего не знает.

— И, наверное, все трое ходили в одну харчевню, — задумчиво произнес Коста.

— Ходили, — промямлил сыскарь, который понял, что облажался.

Про харчевню он не подумал. Лев даже покраснел от стыда. — Мы работаем над этим.

— А семьи их трясли? Соседей? — ласково спросил Коста. — Или вы, почтенные, думали, что три могилы сыскали, и на этом все? Можно в столицу ехать и всякие там ваши театры смотреть?

— Семьи и соседи ничего не знают, — хмуро ответили сыскари. — Теперь разве что брать в оборот всех, кто рядом с этими парнями был, и на дыбу вешать. Больше нам ничего не остается.

— Ну, так чего сидим? — удивленно поднял бровь Коста.

— Тащим всех в подвал и вешаем. Напугайте их как следует, а потом предложите по рублю на нос за важные сведения. А если кто вилять начнет, подпалите пятки. Не мне вас учить…

Сыскари встали и, коротко поклонившись, вышли. А Коста хмуро уставился на небольшое окошко, которое по столичной моде забрали в свинцовый переплет со стеклом. Стекло теперь делали здесь, и обходилось оно куда дешевле, чем в Братиславе. Сода ведь египетская, а до финикийского песка, чистейшего из всех, и вовсе рукой подать.

В окошко били утренние лучи, уже жаркие и обжигающие люто. Толстые стены кирпичных домов хорошо держали прохладу, но сейчас, в конце лета они прокалились насквозь и больше напоминали печь.

Коста вздохнул и погрузился в кипу донесений, ждавших своего часа. Девять провинций слали свои доклады каждые две недели. Полсотни поднадзорных лиц… Подозрительные купцы из Газы, которые долго ходили около портовых укреплений.