Координата поврежденности

Ему не нравилось, что эта информация все продолжала от него ускользать, но он одернул себя от мысли попросить Мару заново изучить связь между Лайтом и его отцом. Может, они что-то упустили? Однако обещание спросить напрямую, а не выведывать за спиной, сдерживало.

– Я… не могу тебе сказать.

Ответ, который он заслужил, черт возьми! Лайт совершенно не помогал сдержать обещание.

– Не думаю, что это хуже мертвой беременной матери на руках. – Мин не верил, что произнес эти слова вслух. Но мысль, что парень после его вчерашнего откровения все равно отгораживается, казалась предательством.

– Я не просил мне рассказывать, – неожиданно довольно жестко сказал Лайт. – Если помнишь, я подчеркивал, что ты не обязан говорить мне то, что не хочешь. А также, что у всех есть секреты и право хранить их. И я пользуюсь своим.

Мин сглотнул. Едкие замечания парня оставляли внутри него царапины и сколы. Новая боль наслоилась на огромный ледник душевных ранений.

Разговор шел совершенно не в том направлении, и он сдержался, чтобы не наговорить еще чего-то лишнего.

С одной стороны, он отлично знал тяжесть секретов и понимал желание утаить или вообще забыть что-то. Есть вещи, которые не касались остального мира. И все же знать это одно, а столкнуться в жизни – другое. Чужие секреты воспринимаются иначе. Они манят и отталкивают одновременно.

Мину нужно было проветриться. А еще свыкнуться с тем, что он снова остался один в своем «пряничном домике».

Мин приехал к Маре, которая, в свою очередь, захотела удрать из собственного бара. Подруга обосновала свое решение тем, что сегодня хочет взять выходной. Так что они опять оказались в клубе Пи’Эрта.

– Повтори еще раз, почему мы едем отдыхать именно в гей-клуб, когда в Бангкоке есть куча других мест? – озвучил свой вопрос Мин, когда они подъехали к заведению.

– Во-первых, я хочу повидаться с Пи’Эртом, а во-вторых, там всегда весело, да и ты без проблем найдешь, кем утешиться после отъезда твоего докторишки.

Он прожег девушку взглядом, который выражал все, что он думает о ней, но та лишь отмахнулась, словно говоря: «Не ломай передо мной комедию».

Мара очень быстро нашла владельца. Эрт легко выделялся благодаря смелому наряду даже на фоне окружавших его квир-посетителей: яркий кроп-топ, открывающий живот, дополненный джинсами с высокой посадкой и обувью на небольшом каблуке.