Координата поврежденности

– Так значит, это не твой ребенок?

– Нет, вчера случайно наткнулись на беременную девушку по дороге. Она начала рожать прямо на трассе, и пришлось… действовать, – утомленно потирая виски, Мин поднял голову.

Взгляд Эрта метался между ним и Марой, пока не остановился на последней.

– Какая же ты иногда невыносимая! – вздохнул тот. – Не обращай на нее внимания, Нонг’Мин. Раз так, то ты все равно заслужил лучшую выпивку. Героев у нас любят даже больше.

Подобные громкие фразы никогда не приносили ему удовольствия.

Комплименты накладывали обязательства, которых он боялся не удержать. Собственная жизнь была одним большим бегством от чьих-то ожиданий. Еще мальчиком он решил, что не станет подпитывать чужие надежды. Но иногда этого было не избежать, поэтому ему пришлось выдавить из себя подобие улыбки и перетерпеть «момент славы». Однако Мин знал правду: он никогда не был героем. Хотя все же мысленно радовался тому, что помог девушке. И увы, осознал, что обида на Лайта лопнула слишком быстро, подобно мыльному пузырю. Лайт, сам того не ведая, получил над ним власть даже на расстоянии, даже когда избегал его, даже когда что-то утаивал.

Спустя какое-то время Мин все же расслабился, а количество выпитого и музыка сопутствовали процессу. Мара ушла на танцпол, решив разбавить тестостероновый рай, а Эрт отошел переговорить со своими сотрудниками.

Его телефон завибрировал. На экране высветилось новое сообщение:

Мин сверлил взглядом прочитанное. Ему с трудом верилось, что Лайт считает себя трусом.

В то время как настоящий трус скидывал свои проблемы и злость на других, а Лайт же всегда помогал ему и не осуждал вопреки всему.

Он не успел ничего ответить, как пришло еще одно сообщение:

То, с какой легкостью Лайт умел просить прощения и благодарить, завораживало, как разноцветная мозаика, отливающаяся десятком оттенков на свету. Поскольку сам он этим искусством не обладал.

Где-то внутри потеплело от необъяснимого блаженства, которое с бешеной скоростью, обгоняя, сталкивалось и рассыпалось на тысячи заряженных частиц.

Ему было жутко признаться себе в том, что сердце затрепетало. Лайт боялся, что обидел его. И это было… приятно. Человек, умеющий просить прощения и благодарить, никогда не будет в его глазах трусом, что бы тот ни говорил.

Мин искренне засмеялся, но когда он увидел возвращающуюся к столику подругу, тут же встал и выскользнул из помещения, не желая сталкиваться с ее любопытством. И набрал знакомый номер.