Акима, чтоб он был неладен со своей невезухой, умудрился получить копытом под зад, ничего страшного, но ему временно отсушило ноги, Бобры его уже тащили, чтобы упрятать потом внутри смыкающегося круга.
Глаки, лишенные внешнего управления, действуют подобно стае хищников. Если лобовой удар встречает отпор, они стараются обойти и напасть сзади. Вепрь вовремя дал приказ к круговому построению, едва круг сомкнулся, как их уже окружили.
Из трех сотен бойцов роты на ногах могла стоять половина, но и те после схватки с рубильниками едва держались на ногах.
Глаки, разогнанные нифрильными заклятиями, бросались на них со всей своей звериной яростью. Один за другим бойцы получали тяжелые раны, их тут же отжимали в безопасную пока середину круга, где метались целители с монетами и накладывали заморозку. Копейщиков в строю оставалось все меньше, и оставшиеся смыкались, отступая и делая круг все уже и уже. Глаки тоже несли тяжелые потери, но ослепленные вкусом и запахом крови продолжали драться неистово.
Когда у бойцов уже не оставалось сил держаться, и они, сомкнув щиты и зубы, стояли на одной только силе духа, стараясь хоть как-то удержать круговой строй, подоспела, наконец, подмога. Сначала запели разящие стрелы, а затем из-за холма вылетела свежая конная полусотня. Она смяла изрядно уже подуставших глаков одним лихим натиском. С веселым гиканьем конники опускали мечи на глачьи головы или насаживали их на пики.
Такой тяжелый для роты бой они докончили в считанные мгновения."
"То, что происходило дальше, Вася едва ли был способен воспринять. От сильнейшего перенапряжения все виделось смутно и через красную пелену. Он кое-как уразумел, что возникшая вокруг беготня, — это две усиленные сотни запаса, встающие на их места. Они деловито восстанавливали и обновляли оставляемые ротой Вепря укрепления. Ничуть не смущаясь, они использовали в качестве дополнительных строительных материалов тела коней и погибших бойцов.
Павших рубильников тут же споро обыскивали, радостными возгласами, сообщая о найденном нифриле.
Услышав приказ отходить в тыл, Короток неожиданно заартачился.
— Не, вы видали, а? Это се делается-то, а? Се делается-то? — голосил он.
— Короток, ты чего? — Вершок озабоченно тряс его за плечи, — Тебе что, сражаться понравилось?
— А се это они их обыскивают? Мы с ними бились, понимаес.
