Я устало снимаю с себя шарф и бросаю его в кресло. В комнату тут же входит Ольга Семеновна и увидев меня, покрывается красными пятнами.
— Лерочка, ты уже вернулась? Я бегала за водичкой для Надюши. Вот попросила Рустама Ильдаровича приглядеть за малышкой.
— Хорошо, Ольга Семеновна. Я дальше сама справлюсь, спасибо, — отвечаю спокойным голосом под пристальный взгляд Рустама.
Няня ставит бутылочку с водой на тумбу и, пожелав нам приятного вечера, уходит. В комнате ненадолго воцаряется тишина, которая неожиданно прерывается тогда, когда дочка решает срыгнуть прямо на дорогой костюм Тахирова.
Я в ужасе закрываю рот ладонью и бросаюсь к малышке. Забираю её из рук Рустама, осторожно вытираю испачканный ротик и кладу в электоркачели, где дочка агукает как ни в чем не бывало и теребит ручками игрушки.
— Прости, у неё такое часто бывает, — подхожу со влажными салфетками к Рустаму и начинаю отчаянно тереть ворот его пиджака.
Пятно получается небольшим, но мало кому приятны детские шалости. А уж Тахиров точно не относится к тем, кто будет такому умиляться.
От нашей близости начинает кружиться голова. Руки дрожат, когда я беру новую и новую салфетку, когда сильно тру испачканный участок костюма, судорожно вдыхая запах его крышесносного парфюма. Картинки нашего плаванья проносятся в моей голове одна за другой. Безумные и дикие толчки, его дьявольские глаза и усмешка. Его сильные руки, мой яркий оргазм и забота, которую он проявил после…
— Ничего страшного, Лера, — произносит спокойно Рустам, перехватывая меня за кисть руки.
— Это просто ребёнок.
Меня словно прошибает током от его прикосновений. Я смотрю в его темные глаза и напряженно молчу, втайне мечтая о поцелуе. Тахиров словно улавливает мой настрой. Дотрагивается пальцами моих губ и обжигает своей горячей кожей мою.
— Раны стали ещё больше, — хмурится он и внимательно смотрит в моё лицо.
— Скоро заживут, — отвечаю чуть смущаясь.
— Пожалуй, не буду тебя целовать до полного заживления, — усмехается Тахиров краешками губ и выпускает мою руку из своего плена.
Телефонный звонок с незнакомой мелодией наполняет комнату. Я бросаю взгляд на тумбу, где рядом с бутылочкой лежит мобильный Рустама. На дисплее светится фото яркой сочной брюнетки в обтягивающем корсете. И имя «Ника», которое с этой секунды я, кажется, смело начинаю ненавидеть.
— Мне пора, Лера, — коротко произносит Рустам, лишая меня своих прикосновений. — Ирина уже приготовила для тебя ужин.
