Копья и пулеметы

Специально выделю его крупным шрифтом.

УНИЧТОЖЕНИЕ ПОСТОЯННОЙ АРМИИ.

Самый верный путь уничтожить Россию как государство, разорвать на части, начиная с национальных окраин, или по крайней мере погрузить в кровавую кашу, из которой страна выбиралась бы очень долго, – опять-таки к пользе геополитических соперников. А кто у нас тогда был геополитическим противником номер один? Англия, конечно…

Верные Николаю офицеры потом отмечали в докладах: на площади среди простолюдинов были замечены неизвестные личности, щедро раздававшие водку и деньги.

И это безусловно были не декабристы – они были в Петербурге людьми заметными, все их знали… Ответа на этот вопрос историки так к не нашли – просто неизвестные…"

"Николай потом напишет брату Константину: «Показания, которые мне только что дал Пестель, настолько важны, что я считаю долгом без промедления вас о них уведомить. Вы ясно увидите из них, что дело становится все более серьезным вследствие своих разветвлений за границей и особенно потому, что все, здесь происходящее, по-видимому, только следствие или, скорее, плоды заграничных влияний…»

А через шесть лет грянул мятеж в Польше, подавленный с превеликим трудом – и уж там-то четко просматривались английские деньги и оружие… Не случайно в смертные приговоры некоторым декабристам вошло не только «имел умысел на цареубийство», но и «участвовал в умысле отторжения провинций от Империи…»

В Латинской Америке англичане действовали еще более открыто.

Еще в 1806 г., при испанцах, они пытались захватить Буэнос-Айрес и Монтевидео, но местные жители, не склонные менять одно колониальное ярмо на другое, дали отпор, и англичане были вынуждены убраться восвояси. Отыгрались они, когда по всему континенту началась борьба против испанского владычества, и вот тут-то английский след просматривается со всей четкостью…

Хосе де Сан-Мартин, первый из повстанческих полководцев, прибыл из Англии, где числился в составе антииспанской организации «Общество Лаутро». Англичане не оставили его и за океаном: военным флотом новорожденной Республики Чили, основанной Сан-Мартином, совершенно открыто командовал английский адмирал лорд Кохрейн – не отставной, а действующий.

Мне довелось по этому поводу читать крайне романтическую версию: пожилой лорд-адмирал, словно юный гардемарин, проникся национально-освободительной борьбой латиноамериканцев за свободу и вольности, уж так проникся, что взял долгий отпуск в Адмиралтействе (предоставили без скрипа) и отправился воевать за свободу.