Коробка Наказаний

Те гроши, которые получает мать и мои копейки — не способны помочь в выплате долгов Мирона. Я понимаю, что ты стараешься изо всех сил, но ты же видишь — денег нет и не предвидится, — отводит глаза.

— Папа, я все прекрасно знаю, но… чем могу помочь? Я и так взялась за списание огромной части долга. Тебе не кажется, что Мирону нужно самому хотя бы чем-то заняться? — произношу с ноткой недовольства. Не хочется расстраивать отца, но мне надоело решать все проблемы и вопросы великовозрастного братца.

— Помирись с Тимуром, — убивает меня своим предложением папа.

 — Только он и его богатый отец способны решить все наши трудности. Твоя мама уже общалась по этому поводу с ними, Тимур готов погасить все долги и простить тебя, жениться даже хочет! — говорит так, словно это подарок небес — стать женой абьюзера.

— Я не люблю Тимура и не собираюсь идти с ним на примирение. Почему я узнаю, что мать за моей спиной о чем-то договаривается? — начинаю злиться. Вспоминаю слова Захара, что мама замешана в истории с отработкой и к лицу приливает кровь.

Похоже, Властный не обманул и знает о чем говорит.

— При чем тут любовь? Нужно решать семейные проблемы и разбираться с накопившимися долгами, тут уже не до розовых фантазий. Если есть человек, который может вытянуть нас из кабалы — грех не воспользоваться! — с жаром внушает отец. Вижу, что мать его обработала по всем фронтам. Даже эти фразы — они не из его разговорного словаря.

— Я не стану этого делать, — твердо стою на своем. — То, что обещала — исполню, закрою огромную сумму долга, остальное сами, у меня есть еще и собственная жизнь, отец, и я не собираюсь ее тратить на то, чтобы закрывать тылы Мирона.

Он взрослый человек — пусть идет работает и разбирается с проблемами, которые сам наворотил, — продолжаю уверенно.

— Ты оставишь семью в беде? — давит отец и все детские травмы поднимаются со дна моего сознания. — С Тимуром есть договоренности, нужно их выполнить.

Снова этот прием. Удар под дых. Хочется заверить отца, что сделаю все так, как они хотят с матерью, но, пересилив себя, решаю не уступать, сколько можно пользоваться моей добротой и сговорчивостью?

— Это вы меня оставили наедине с проблемами.

Вашими проблемами! Спихнули все на мои хрупкие плечи и наблюдаете, как я выворачиваюсь наизнанку за чужие ошибки. Это правда, что мама предложила меня и мое тело в счет погашения задолженности Мирона? Ты знал об этих договоренностях? — задаю прямой вопрос.

— Я… я не знаю, — отец тушуется и краснеет.