Король арены

Приятель ничего не заметил, что меня совсем не удивило. Отвлечь от грибов его можно только если рядом с ним из ружья пальнуть. До всего остального этому фанатику дела нет.

Покачав головой, я вытянул из кармана свои новенькие часы. Не поверите — отдал за них десять золотых! Нет, можно было и попроще часы купить, те, что вполовину дешевле. Но у моих есть два больших преимущества: они с секундной стрелкой и будильником. И то, и другое мне постоянно требуется, так что пришлось тряхнуть мошной. Заодно узнал, как деньги можно со счёта снимать.

Ого! Время сегодня просто галопом бежит! Будет очень некрасиво, если я опоздаю и вовремя не встречу девушку, попросившую проводить её от общежития до клуба.

Да, можете думать обо мне, что хотите, но сегодня у меня встреча с Элиной Смайль. С той самой зашуганной девчонкой из двадцать пятой группы, которая сама мне навязывается и делает это крайне откровенно и целеустремлённо.

— Федр, ты скоро закончишь? — намеренно громко захлопнул я крышку карманных часов, подходя к приятелю.

— Ты только не ругайся, но я маленькие срывать не буду. Пусть растут, — с некоторой опаской отозвался Федр, вставая с колен, — Думал ещё вот ту парочку взять, но если будем оставлять малышню на вырост, то и они пусть подрастают.

— Пофиг, — высказал я своё отношение к гринписовским потугам приятеля, — Если здесь мы всё закончили, то помчались бегом в общагу, но только другой дорогой. Ни к чему сюда приметные тропки натаптывать.

Не знаю, что послужило причиной неухоженности этой части парка: отсутствие денег, работников, или нежелание администрации усеивать довольно большую часть территории контролирующими артефактами, но выбирались мы долго.

Есть здесь какая-то поганая разновидность нашего шиповника, раза в полтора увеличенная в размерах, через густющие заросли которой продраться практически невозможно. На первом же десятке шагов изорвёшь об шипы всю одежду в клочья, а потом и до тела колючки доберутся, а они жутко острые и размером в половину пальца.

Уходить пришлось, лавируя между зарослями этого гнусного кустарника, а порой и возвращаясь обратно, чтобы обойти их с другой стороны. Когда мы наконец-то выбрались на какую-то из гравийных дорожек парка, я готов был упасть на колени и поцеловать этот гравий.

Брюки теперь точно пойдут на выброс. Прорехи на них, словно меня собаки драли. Куртку утром посмотрю, но ей вроде меньше досталось.