Теперь это не его дело. Она имеет право на другие отношения. Пусть ее хоть кто-то утешит. И кто этот «кто-то»? Перевёл взгляд на свои руки сжатые в кулаки. Расслабил. Нет, не при подчиненных. Потом, когда останется один.
В гостинице Полина попробовала напроситься к нему, но Фил ее бесцеремонно выставил.
Допил остатки коньяка и, едва держась на ногах, добрался до кровати. Мозги плавились от выпитого, от безумного напряжения последних часов. Упал лицом в подушку. Глаза щипало, но он не мог позволить слезам пролиться.
Нет на них никакого права. Запираем все чувства глубоко внутри. Ни один человек не должен узнать о них. Тем более на работе. Для всех ничего не изменилось. Мимолетное увлечение прошло. А дальше он, как всегда один.
Незаметно отключился. Сон был кошмарный. Его всю ночь терзали какие-то монстры с лицом Маши, Полины, отца, матери и даже Елены Ивановны.
Лишь к утру отпустило, смог забыться.
Глава 25
Когда отец с матерью ушли в кабинет, Маша рухнула на кровать. Слез пока не было, но она знала, временно.
Что произошло? Что это вообще могло быть?
Наверняка связанно с тем досье на Фила, которое однажды попало ей в руки. Что он сделал? Кто виноват в произошедшем?
Неужели между ним и отцом какая-то вражда? Тоже мне Монтекки и Капулетти. Нет, в двадцать первом веке не бывать этому. Не в ее семье!"
"Фил одумается и к утру точно вернется. У него же вещи и документы здесь. А главное - она, его королева. Он не может просто отказаться от нее. Успокоится и вернется. А может, предложит ей сбежать с ним.
И она сбежит. Плевать на все. Вдруг четко поняла, что он ей нужен больше воздуха, как бы ни банально звучало. Нет его рядом, сразу ясно - без него ничего не нужно. Она боялась этого и попалась.
Не паниковать. Нужно лишь подождать. Наверняка он мучается точно так же. Похоже, папа тоже раньше утра не соизволит объясниться.
Легла в постель. Почему так тревожно? Сколько себя не убеждаешь, на сердце невыносимый груз. А вдруг все настолько серьезно, что Фил не сможет преодолеть свою неприязнь? Как он смотрел на нее! Как на воплощение своих кошмаров.
Маша заворочалась в кровати. А если он сделал что-то ужасное? Сможет ли простить его? Помнится, осуждала Оксану. А в этот момент поняла, что НИЧЕГО не имеет значения, если любишь.
Глянула на часы. Три. Где ж ты сейчас? Как ориентируешься в незнакомом городе? Повертела в руках телефон. Позвонить? Вроде бы его должен быть с собой.
Нет, рано. Забралась под подушку.
