Те, кто утроили появление принцессы-самозванки и три покушения на короля, вряд ли проявят такую неосмотрительность, что не обыщут меня.
Надев берет, я вышла из комнаты и отдала конверт ждавшему меня Капанито."
"– К вечеру передашь письмо королю Рихарду, – сказала я будничным голосом. – Мне надо отлучиться по секретному делу. Поеду один, сопровождения не надо. Если появится моя жена, то запри её, не выпускай ни при каких обстоятельствах, а впустить к ней можешь только короля Рихарда.
В глазах Капанито были тысячи вопросов, но задавать их он не стал.
– Удачи, – сказала я, похлопав его по плечу.
Это удивило моего помощника ещё больше. Обычно принц Альбиокко не был таким сентиментальным.
Я выбралась из дворца и из города потайным ходом, чтобы сообщники аптекаря, которые, наверняка, есть в городе, меня не увидели, оставила коня в пяти милях от апельсиновой рощи, о которой шла речь, и пошла дальше пешком. Я не особенно надеялась застать мятежников врасплох, и не ошиблась – едва я ступила под тень апельсиновых деревьев, как раздался крик сойки, а из кустов появились вооружённые люди в чёрных шёлковых масках.
Подняв руки, чтобы показать, что не собираюсь сопротивляться, я остановилась и ждала, пока ко мне подойдут. Их было шесть человек, все с кинжалами наголо, и с хорошими арбалетами.
Пока пятеро держали меня на прицеле, шестой обыскал мою одежду, нашёл и вытащил из сапога нож, заметно расслабился и потянул ворот моей куртки вниз. Сначала осторожно, потом смелее.
– Смотрите-ка, – хохотнул он, обращаясь к своим подельникам, – принц, и правда, оказался бабой! И прехорошенькой… – он протянул руку и ущипнул меня за щёку.
– Какая милашка.
Я даже не пошевелилась. Только стиснула зубы, призывая себя к спокойствию и выдержке.
– Не трогай её, – сказал кто-то под другой маской. – Король приказал не трогать её.
Король? Какой ещё король? Я навострила уши, ожидая, что услышу о главаре побольше, но мятежники сразу перестали болтать. Мне связали руки за спиной, надели на голову плотный мешок и куда-то повели.
Я считала шаги, но меня вели кругами, чтобы запутать, поэтому дорогу я не запомнила. Но даже под мешком пахло флердоранжем, а значит, мы всё ещё находились в роще.
Опять раздался крик сойки, что-то зашуршало, скрипнуло, меня подтолкнули в спину, и я чуть не упала, потому что под ногами оказалась лестница, ведущая вниз.
Запах апельсиновых цветов сменился запахом плесени, стало холодно и влажно, и я догадалась, что мы спустились в какое-то подземелье.
