– Предлагаю спор, – сказала я в звенящей тишине. – Если я прав, и моя сестра не выберет вас, то вы возместите нам расходы, которые понесёт наша казна из-за содержания вас и ваших людей…
– Согласен, – тут же отозвался король Рихард.
– …втрое, – невозмутимо продолжала я. – И дадите Солерно полную финансовую независимость. Под вашей короной и защитой, разумеется.
Мне казалось, даже море перестало шуметь.
Король-дракон стиснул зубы, играя желваками, а потом прищурился, как довольный кот:
– Согласен, – объявил он на весь зал.
– А что будет, если принцесса выберет меня?
– Желайте на ваше усмотрение, – щедро пообещала я. – Можете пожелать хоть солнце с неба.
– Так уверены в победе, принц? – процедил Рихард. – Солнца я не потребую, потому что вижу кое-что другое – такое же сияющее, но поближе.
– Наша казна? – догадалась я. – Хорошо. Ставлю на кон всю сокровищницу Солерно.
Никто не посмел возразить. Даже отец не сказал ни слова.
Но король Рихард отрицательно покачал головой:
– Оставьте золотишко при себе, принц.
Оно мне не нужно. Своего некуда девать. Условие другое. Если принцесса Аранчия выберет меня, я в придачу к ней заберу вашу жену.
Я почти ожидала, что сейчас Хильдика упадёт в обморок, но моя дорогая жёнушка проявила необыкновенную стойкость. Правда вцепилась в мою руку мёртвой хваткой, будто король драконов уже захлёстывал нас змеиным хвостом."
"Не удержавшись, я посмотрела на отца и вельмож, сидевших за столом – все, как один, потупились, уставившись в тарелки.
Было даже смешно, что храбрые господа так усиленно старались показать, что их здесь нет.
Только брат дракона не опустил глаза, и мне показалось, что он недоволен – чуть нахмурился, сведя прямые густые брови к переносью.
– Очаровательная шутка, ваше величество, – произнесла я громко, чтобы слышали все – даже слуги возле дверей. – Я передам это условие моей сестре, и она точно вам откажет. Я ведь говорил, что Аранчия чтит Писание, а оно не разрешает брать вторую жену.
– А принцесса Хильдерика и не для меня, – ответил король Рихард мне в тон.
– Она понравилась моему брату, поэтому я заберу её для него.
Всё же, я переоценила Хильдику. После этих слов она, таки, повалилась на подлокотник кресла. Мне пришлось поддержать её, подперев плечом, и я досадливо оглянулась, высматривая служанок – мне некогда было с ней возиться, а камеристки боялись подойти ближе.
– Помогите принцессе! – от души рыкнул король, и камеристки очень живо сорвались с места.
