Морские демоны, ну зачем, зачем Джейн попёрлась на эту Кленовую аллею? Какого чёрта эта подавальщица ей всё рассказала?!
Машинально проследил за взглядом леди Джейн и неожиданно обнаружил, что она уже давно рассматривает мой шрам, виднеющийся в распахнутой сорочке. Риша за несколько секунд умудрилась развязать завязки, а я и не заметил. Сейчас ткань немного съехала вбок, и несколько застарелых рубцов на груди стали заметны. С горечью рванул за края, стягивая ворот рубашки, и подошёл к ближайшему напольному зеркалу, чтобы накрепко затянуть завязки.
Джейн молчала, и это почему-то вдруг резко стало бесить. Неужели и она сейчас в своей головушке нафантазирует из меня принца, который спасает всяких там подавальщиц?
— Что, тоже скажешь какую-нибудь глупость, что шрамы украшают мужчин? — бросил резче, чем планировал. Не знаю, что именно меня вывело из себя… Взгляд, которым смотрела на меня Джейн, или упоминание о Лине. — Или начнёшь жалеть, как тогда в жандармерии?
Джейн покачала головой и прикусила губу, словно собираясь что-то сказать, но в последний момент остановилась.
Со злости чуть не оторвав одну из завязок, я всё-таки справился с сорочкой и развернулся всем корпусом к девушке.
— Ну же, давай, не стесняйся, Джейн, — поддел гостью. — Вчера ты сказала мне, что женщины спят со мной лишь из-за денег. Давай, скажи сегодня ещё что-нибудь новенькое.
К моему удивлению девушка резко вскинула голову и посмотрела прямо в глаза.
— Я уже извинилась, Кай, за то, что была вчера резка. Это вырвалось само собой на грязные намёки и предположения о моей подруге.
Я признаю, что была не права, но это не даёт тебе права хамить в любой удобный момент. Что касается твоих шрамов, то это ты в первую очередь жалеешь самого себя. Как только ты перестанешь это делать, перестанут так делать и остальные. В истории искусств многие уродства со временем становились эталонами красоты. Всё зависит от твоего внутреннего состояния, от того, как ты сам к этому относишься. Я не знаю, как ты получил эти рубцы, но они сделали тебя таким, кто ты есть.
Не надо их стыдиться. Ты думаешь, что кому-то есть до них дело… да всем плевать!
Воздух между нами сгустился настолько, что в гостиной ощутимо запахло грозой. По мере того, как говорила Джейн, её щеки разгорались румянцем. Она дышала часто и поверхностно, а также облизывала губы. Коралловые губы со вкусом мёда. Её слова били наотмашь как хлёсткие пощёчины. Эта хитрая бестия провела запрещённый приём: она воспользовалась моим же оружием.
