Что возвращает к логичному вопросу: почему я?"
"Несколько долгих секунд Грейс внимательно смотрела на меня, а затем откинула прилипшие ко лбу волосы и еле уловимо пожала плечами, словно говоря самой себе: «А какая разница? Всё равно он рано или поздно догадается…»
— Ты себе не представляешь, что такое стоять во главе криминального мира, где царят очень жёсткие законы. У меня несколько сотен людей и добрая половина из них только и ждёт момента, когда я оступлюсь. Я не могу никого приблизить к себе, потому что в моём мире, если женщина спит с мужчиной, то она находится под ним.
Переспать с кем-то ради удовлетворения, сиюминутного желания — означает дать повод пошатнуть свою власть. Я не для того столько лет выгрызала себе место, чтобы так глупо лишиться её. И поверь, дело не в тщеславии или жажде правления. Просто здесь либо тебя уважают, либо ты никто и звать тебя никак.
— Отсюда твой маскарад и ношение мужской одежды, — задумчиво закончил мысль. — А приблизить к себе мужчину из обычных смертных тебе не позволяет совесть, да и твои мордовороты съедят его живьём.
Грейс усмехнулась.
— Всегда любила умных мужчин, Кай.
— Ты поэтому решила меня похитить и дать на растерзание своим людям? — не без иронии уточнил я.
Девушка фыркнула.
— Я не ожидала, что ты окажешься настолько проницательным. По задумке ты должен был указать на одного из троих парней. Любого! И я объявила бы его крысой, после чего мы уединились бы в моей каюте. Это был заранее продуманный спектакль для всех, кто на меня работает.
Но ты, как назло, действительно попытался выполнить задание!
— И что, тебе было бы совсем-совсем не жаль того, на кого бы я указал пальцем?
— Не-а. — Девушка потянулась и встала на кровати на четвереньки, оттопырив свои шикарные ягодицы. Она искала одежду, которую мы сбросили в пылу страсти на пол. — Отметелили ли бы его, да и только. Убивать никто бы не стал. Дураки, что ли, отстреливать агента жандармерии? Так, заказ на чистку памяти организовали бы, и дело с концом.
«Чистка памяти, и дело с концом». Неприятный осадок горечью остался где-то на языке. Что ж, спасибо хотя бы на том, что Грейс сейчас абсолютно честна.
— А я? — Собственный голос прозвучал непривычно хрипло.
— А что ты? — Девушка наконец подняла свою одежду и натянула жилет прямо на голое тело.
— Не будет мучить совесть, что твои амбалы меня где-нибудь прикопают? Всё-таки я не отношусь к вашему брату, скорее уж наоборот, оказываю частные услуги комиссару.
