Король медвежатников

С такими размерами Георгию иметь дело еще не приходилось. Тем лучше!

— Как вы верно сказали. Главное, что мы любим друг друга.

Женщина едва не задыхалась от нахлынувших чувств.

Неожиданно в дверь постучали. Негромко, но очень требовательно.

— Прошу вас, не выдавайте меня, — прошептал в испуге Георгий. — Вы — моя жизнь!

— Господи, боже мой, что делает страсть с мужчинами! Вы превратились в настоящего ребенка, — изумленно отвечала женщина, разглядывая расширенные от страха глаза Георгия. — Как же я могу выдать своего героя! Там женщина? Так ведь… А вы пришли ко мне, невзирая на ее ревность.

Обернувшись, Георгий увидел, как повернулась ручка. Человек, стоящий за порогом, как бы раздумывал, а не выломить ли дверь плечом. Но уже через минуту раздались удаляющиеся шаги. Все ясно, шума испугался.

Женщина совсем ослабела. Чернопятов увидел, как закатились ее глаза, а дыхание сделалось прерывистым.

Георгий провел ладонью по ее животу. Женщина, воскреснув, положила на его руку ладонь и направила ее в самый низ живота.

— Вот так! Вот так! Сейчас будет хорошо. Только прошу вас, не останавливайтесь ни на секунду. Вот так, вот так… понежнее, если можете. И все-таки, юноша, как же вас зовут? — задыхаясь от новой волны чувств, спросила женщина.

— Георгий, — не стал лукавить Чернопятов.

— Георгий! — восторженно воскликнула женщина. При этом ее грудь, напоминая меха, поднялась почти на полметра. — Георгий Победоносец! Как это символично… А меня Мария. Сюда, сюда… На меня, мой друг, вот так… Теперь совсем хорошо. Как это символично! Вы сразили меня своим копьем! А-а-ааа! — Ее восторг перешел в отчаянный вопль и должен был разбудить половину корабля.

Георгий Чернопятов прислушался. Все спокойно. Никто не вламывался в дверь с предложениями о спасении.

Приспустив штаны, Георгий входил в нее с какой-то отчаянной решимостью и чувствовал, как женщина под ним загорается все сильнее. Закинув ноги к потолку, она отдавалась Георгию с такой страстью, как будто это было последнее совокупление в ее жизни. А он, стараясь не оплошать, и впрямь ощущал себя победителем. Они слились в единое целое, в один рычащий клубок.