Король медвежатников

— Значит, вы… от организации? — выдавил Чернопятов, жалко улыбнувшись.

Следовало бы прибавить в голос побольше живости, но язык сделался неповоротливым и больше напоминал неподъемное бревно.

— А что это у тебя лицо-то перекосило, барин? Уж не со страха ли?

Шутку полагалось оценить и улыбнуться во весь рот, но это получилось у Георгия скверно. И все-таки повод для оптимизма есть. Хотя бы потому, что он пока жив. И резать его как будто не собирались. А может быть, просто хлопотное дело откладывалось на неопределенное время?

Громила поднял палец, внушительно потряс им перед носом у Чернопятова, после чего веско изрек:

— Мне никогда и ничего не кажется, барин.

— О чем это вы? — испуганно протянул Чернопятов, отступив на полшага.

— Ну, прямо как тот колобок, «я от бабушки ушел, я от дедушки ушел, я и от тебя уйду!» — Неожиданно лицо его, еще минуту назад светившееся доброжелательностью, скривилось в злобную гримасу. Слепив кукиш, он смачно плюнул на него, после чего сунул под нос Чернопятову.

— О чем это вы? — возмущенно спросил Георгий, отступая шаг за шагом. Вот только идти уже больше было некуда. Спина уперлась в стену.

— Где деньги, спрашиваю, гнида ты подколодная?!

Громила был откровенно некрасив. Огромный нос, с крупными порами, выглядел верхом безобразия. Из ноздрей, широких, словно печи, торчали рыжеватые кустики волос, а из ушей, напоминавших створки крупных морских раковин, торчала длинная густая растительность, такая же отвратительная.

Улицу понемногу обволакивала тьма, и контуры зданий выглядели слегка размазанными. Георгий отступил еще на полшага, пытаясь слиться с темно-желтой стеной, но не получилась.

— Только прошу вас не делать глупостей, о которых вы потом можете пожалеть.

— Ты что, угрожаешь мне, вошь ползучая?! — раздался звериный рык.

— Нет!.. Просто давайте разберемся… как следует, — примирительно выставил Чернопятов ладони. — Это просто какое-то чудовищное недоразумение!

— Где деньги спрятал?! — заорал лешак, широко раздув безобразные ноздри.

— Только поверьте мне, прошу, — все сильнее вжимался Чернопятов в стену. — Действительно, я унес камни из банка, но можете мне поверить, меня кто-то опередил. Кто-то забрал драгоценности раньше меня, так что мне достались всего лишь одни стекляшки.