Король медвежатников

Потянулась навстречу, будто виноградная лоза к теплу. В сущности, не так много и надо, чтобы добиться прощения любимой: склонил голову, с чувством повинился перед ней — и можно услышать, как зазвучит капель оттаявшего сердца.

Ладони Савелия остановились на ее талии, тонкой и гибкой. Но эта хрупкость была обманчива, — уж он-то знал, что это деревце своенравно, оно и ветками отхлестать может.

Они понимали друг друга с полуслова, потому что прожили вместе тысячу лет, потому что составляли единое целое, переплетясь кронами.

Есть еще один способ, чтобы получить прощение, пожалуй, он самый приятный. Савелий поднял девушку на руки и, не замечая ее слабого протеста, понес на диван. Ложе слегка скрипнуло, но тяжесть приняло благодарно. Купленный в антикварном магазине, старенький диван повидал на своем веку немало и, конечно же, не удивится тем изыскам, которые Савелий собирался предложить Елизавете, чтобы вымолить ее прощение.

— Господи, — слабо возмутилась Елизавета, — у меня же корсет! Ты бы хоть его расшнуровал.

Улыбнувшись, Савелий отвечал:

— Я очень на это надеюсь, — и, поцеловав Елизавету в шею, потянул за тонкий шнурок.

С некоторых пор Савелий стал понимать, почему самые страшные и знаменитые ураганы носят женские имена. Стихия начинает вполне благопристойно, с безобидного, как будто ничего не значащего ветерка, но очень скоро перерастает в неуправляемую бурю, способную с легкостью сокрушать на своем пути все преграды.

Так и женщины. Это внешне они такие нерешительные, с тихими голосами и мягкими манерами, но стоит только раззадорить их, как в страсти они легко превосходят самого ненасытного любовника. Елизавета была из таковых. В этом Савелий Родионов убеждался неоднократно.

Успокоенная и расслабленная, почти бездыханная, Елизавета лежала на плече Савелия, уткнувшись лицом в его грудь.

Наконец барышня приподняла голову и невинно поинтересовалась:

— А ты меня не обманываешь?

— Ты о чем? — не понял Савелий.

— Ну-у, мне кажется, у тебя появилась другая девушка. Любовница! Ведь Париж — это такой город… А ты у нас молодой, да еще такой красивый. А мы с тобой даже не обвенчаны.

Конечно же чего-то подобного следовало ожидать.