Король медвежатников

— Я постараюсь… Правое колесо в пролетке у меня неприятно поскрипывает, по нервам бьет, — словно пожаловался Батист. — А это многих пассажиров раздражает… Ворчат… Ну я и останавливался в каком-нибудь безлюдном переулке, будто для того, чтобы починить колесо. А когда пассажир отворачивался, то я ему на горло набрасывал удавку и затягивал… Это я с виду такой худой, а руки-то у меня сильные, — не без тайной гордости сказал Батист. — Вот я его душу, а он трепыхается и только ногами сучит. Но разве от меня вывернешься!

— Сколько человек вы задушили, Батист?

— Пятерых… Мадам одна была.

Не хотел грех на душу брать, да уж больно у нее сумочка была красивая, из черной лайковой кожи. Думал, денег в ней навалом. — И, взмахнув безнадежно рукой, объявил: — А там всего десять франков оказалось, как раз столько, чтобы со мной расплатиться. Только сюртук зря порвал… А куда он такой после этого? — пожаловался Жульен. — Только на тряпки! Все-таки разных господ возить приходится, мне же надо выглядеть подобающе!

Поимку душителя комиссар Лазар воспринял как закономерность.

Как-никак он выслеживал его уже не один месяц. Полицейские, под видом праздных гуляк, подсаживались в шальные пролетки и терпеливо ожидали нападения. Повезло Готье, молодому сотруднику, еще год назад выступавшему на арене цирка с силовыми упражнениями. Разорвав руками шелковый шнур, наброшенный ему на шею, он его обрывками связал извозчика по рукам и ногам, после чего крепко наподдал ему за пережитые страхи.

Теперь Батист затравленным зверьком смотрел на комиссара заплывшими глазами.

Жан Лазар сунул руку в карман и положил на стол золотое кольцо, украшенное мелкими бриллиантиками. На внутренней стороне кольца была выгравирована надпись на русском языке: «Любимому Савелию, на День Ангела, от Елизаветы».

— При обыске вашей квартиры нашли вот это кольцо. Что вы можете мне сказать по этому поводу?

Батист ссутулился, спрятав голову. Теперь над столом возвышался один горб.

— Это кольцо… я взял у одного мсье.

— Вы не до конца со мной откровенны.

Вы взяли его у шестого убитого?

— Господин комиссар, это произошло совершенно случайно… Он был пьян… Дьявол попутал! Он просто уснул у меня в пролетке… Я решил обшарить его карманы, а он проснулся… Мне более ничего не оставалось делать…

— Вы закололи его, — констатировал Лазар.

— Он слишком громко кричал! — с негодованием воскликнул Батист.

Шестым убитым был полотер «Национального банка». Один из немногих, имевших доступ в хранилище.