— Это было просто наблюдение.
Я вернулась к экрану и смотрела на строчки текста, пока они не расплылись. В носу и под глазами защипало.
Это было глупо и нерационально, потому что я не думала, что Ксавьер действительно заинтересован в Аяне, но я не могла починить клапан, протекающий внутри меня. Тот самый, который сдерживал поток неуверенности в себе, и который, как я думала, я отключила, пока такие маленькие моменты, как этот, не выплеснули сомнения в себе в мой желудок.
Слишком холодная. Слишком беспристрастная.
Слишком нелюдимая.
Ксавьер был полной противоположностью мне: он был полон тепла, легко нравился людям и был очарователен до глубины души. Он был честен и предан с тех пор, как мы начали встречаться, но какая-то часть меня ждала, что он сбежит.
Однажды он проснется, поймет, что я не та, кем он хотел меня видеть, и уйдет.
— Слоан, — он больше не смеялся. Мягкие шаги сопровождались чистым ароматом его одеколона, а крепкие руки развернули меня. — Посмотри на меня."
"Я упрямо уставилась на его шею.
Одна из его татуировок выглядывала из-под свитера, и это было единственное, что удерживало меня от истерики.
Что, черт возьми, произошло? В одну секунду я работала и улыбалась так, что напугала Джиллиан. В следующую секунду я была на грани срыва из-за мужчины.
Прошлое было отвратительно, но прошлая я не знала того, что знала нынешняя: предложенный мною пробный период обернулся грандиозным провалом.
Я думала, что мы сможем повеселиться два месяца и сказать, что мы пытались.
Я думала, что в конце смогу спокойно уйти.
Но я не могла. Не тогда, когда ревность терзала меня изнутри при одной только мысли о том, что Ксавьер может быть с кем-то еще.
— Посмотри на меня. — Пальцы схватили мой подбородок и задрали его вверх. Глаза Ксавьера впились в мои. — Тебе не к чему ревновать. Я упомянул Аяну, потому что только что разговаривал с Лукой и она была у меня на уме. Это не имеет никакого отношения к тому, что я к ней чувствую, потому что я ничего не чувствую.
— Она супермодель. Все к ней что-то чувствуют.
— А я — нет, — сказал он. — Мне все равно, насколько кто-то красив или знаменит, Луна. Никто из них не сравнится с тобой.
Будь он кем-то другим, я бы отмахнулась от его заверений как от пустых слов. Но это был Ксавьер, и потому, что это был Ксавьер, его ответ произвел эффект тысячи трепещущих крыльев. Их бархатистые кончики коснулись моего сердца, запечатывая утечку и впитывая неуверенность.
