Королева Бедлама

 — Капелл пододвинул к нему номер «Уховертки» и ткнул в какую-то небольшую заметку.

Мэтью проследил за его пальцем и увидел строки: «Бюро „Герральд“. Решение проблем. По всем вопросам обращаться в гостиницу „Док-хаус“».

— Печатник — ваш друг, верно? — Капелл взглянул на свой палец, заметил на нем пятнышко типографской краски и вытер его салфеткой. — Знаете, кто попросил его разместить объявление?

Мэтью вздрогнул: граф Дальгрен внезапно встал из-за стола с полупустым бокалом белого вина в левой руке, прошагал через комнату и резким движением правой руки вытащил из держателей одну из шпаг.

Она вышла с громким визгом.

— Отвечайте, — сказал Капелл, буравя Мэтью пронзительными глазами-топазами. В стеклах его очков отражалось пламя свечей, отчего складывалось впечатление, будто его глаза горят огнем.

За спиною Мэтью Дальгрен принялся делать выпады и отражать удары воображаемого противника. Мэтью не осмеливался обернуться, но слышал свист клинка, рассекающего воздух налево и направо.

— Знаете ли вы, что это за бюро, Мэтью? Вы знакомы с этими людьми?

— Я… — О, какая яма разверзлась перед ним! Не стала бы она могилой, куда его бросят на съедение тараканам… Мэтью проглотил ком в горле; Дальгрен взмахнул шпагой, отсек верхушку свечи, и та, со свистом пролетев над головой Мэтью, упала в блюдо с диким рисом.

 — Э-э…

Он не знал, что собирается сказать, но не успел и рта раскрыть, как ему на колени с размаху бухнулась пьяная женщина, вышибив ему весь воздух из легких и едва не выдавив только что съеденный ужин: дыню, пареные яблоки, салат, грибной суп с беконом и все прочие яства, с трудом уместившиеся в его желудке.

Вслед за шальным прыжком последовало молниеносное проникновение женского языка, похожего на речного угря, ему в рот. Мэтью попытался скинуть с себя мисс Леклер, однако та крепко обвила руками его шею, а мясистый красный язык засунула ему чуть ли не в глотку. Он уже решил, что сейчас поперхнется этим языком; граф Дальгрен тем временем, словно злодей из какого-то бредового кошмара, вызванного отравлением плохой треской, скакал по столовой и крошил свечи. Эванс ухватил раззадоренную леди за плечи и дал Мэтью глотнуть воздуха. Капелл сокрушенно молвил: «Черт ее дери…» — и подозвал виночерпия, чтобы тот наполнил его бокал.

Когда Эвансу наконец удалось отлепить мисс Леклер от гостя и та переключила внимание на него, Капелл обратился к краснолицему юному господину с такими словами:

— Послушайте, Мэтью, это очень важно. У меня к вам большая просьба.