Королева Бедлама

Тот постучал в дверь, разбудил печатника — и вот вам пожалуйста, на пороге погреба стоит Берри Григсби в старой фланелевой ночной сорочке (октябрь 1702 года выдался холоднее обычного) и с фонарем в руке, а рядом — сей надушенный лимоном господин с когтями-саблями.

— К вам посетитель, — сказала Берри и украдкой скорчила недоуменную гримаску: кто, мол, он такой?!

Мэтью запоздало пожалел, что не подобрал с пола хотя бы туфлю: если это подручный профессора Фелла явился пролить кровь на кровавую карту, не мешало бы хватить его чем-нибудь по голове.

— Я вас оставлю, — сказала Берри. Разумеется, про карту она ничего не знала. И не должна была узнать. — Спокойной ночи, Мэтью.

— Приятных снов, — ответил он.

Джентльмен тенью проскользнул в погреб, снял треуголку и замер, ожидая, когда Мэтью наконец решится закрыть дверь (не держать же ее открытой всю ночь!).

Пора за работу. Пора доказать Великому и Могучему Сэру Хадсону Грейтхаусу, что Кэтрин Герральд — которая, если ветер был попутный, уже благополучно добралась до Англии — не напрасно назначила Мэтью «решателем проблем».

— Чем могу быть полезен? — спросил Мэтью.

— Хорошо. Что ж, это легко устро…

— Не легко, — перебил его гость. — Прошу меня простить, я не представился. Меня зовут Карлис фон Айссен. А вы — Мэтью Корбетт, о котором я недавно прочел в местной газетенке. Иначе ее не назвать, — добавил он и вновь дернул уголком рта.

Пока фон Айссен доставал из кармана сложенную бумагу, Мэтью подхватил ближайшую свечу и поднес ее ближе.

— Видите? — Бумагу развернули, и наманикюренная сабля указала на аккуратный рисунок. — Эту дорогу вы называете Бостонский почтовый тракт, а отсюда, если проехать много миль по тракту на север, отходит еще одна дорога. Ведет она к реке. Здесь, на берегу, и стоит дом моего брата.

— Поездка займет по меньшей мере два дня, — прикинул Мэтью.

— Увы, по долгу службы я вынужден в данный момент оставаться здесь.

— А чем вы занимаетесь?

— Транспортировкой ящиков, — ответил фон Айссен.

— А что в ящиках? — не мог не полюбопытствовать Мэтью.

Последовал короткий ответ:

Ох-хо! — подумал Мэтью. Пожалуй, ему подвернулось одно из первых настоящих «дел», которое не только позволит показать Грейтхаусу, на что Мэтью способен, но и денег принесет.