Онлайн-библиотека книг
Ну ладно, пусть Клампенски тебя не отберет, но все равно приятно захапать Гран-при. Выйдешь замуж, будешь потом твердить:
– Дорогой, ради тебя я бросила фэшн-бизнес, ушла на пике карьеры со званием «Королевы красоты» престижной дорогой фирмы, которая собиралась сделать меня своим лицом. Следующие десять лет я бы летала по всему миру, представляя «Комареро».
Сандре стало смешно.
– Кать, очнись! До того, как ты рассказала про конкурс, я даже этого названия не слышала! «Комареро» не Диор, не Шанель, не Кензо – ерундовая, неизвестная фирма.
Катерина вскинула брови.
– Твой мужик фэшнмэн? Различает брэнды? Сидит на показах в первых рядах?
– Нет, – удивилась Сандра, – ты же знаешь, он до знакомства со мной думал, что Карл Лагерфельд [18] это какой-то оперный певец.
– Вот и замутишь ему мозги, – довольно заявила Катя, – парни обожают, когда ради них бабы свою жизнь меняют, и радуются как дети, говоря всем: «У меня жена королева красоты».
Сандра – девушка боязливая, но Катя была очень убедительна. Она твердила:
– Не сомневайся.
Сандра замолчала. Когда пауза излишне затянулась, я спросила:
– И ты согласилась?
Сандра кивнула:
– Да, но сразу пожалела.
– Почему? – насторожилась я.
Собеседница протяжно вздохнула.
– Катя легкий человек, с ней жить удобно, ни капризов, ни заскоков.
Я снова превратилась в слух, а Сандра продолжила рассказ.
Естественно, девчонки не собирались трубить на всех углах о своих тесных отношениях, наоборот, они весьма убедительно сделали вид, что впервые увидели друг друга в офисе «Комареро», откуда стайку конкурсанток, отобранных из большого количества желающих, повезли за МКАД.
Катя держалась как обычно, не демонстрировала никаких эмоций, но, когда автобус въехал во двор особняка, неожиданно ойкнула, а потом спросила у Зиновия:
– Куда это нас доставили?
Зиновий встал, взял микрофон и начал вещать голосом профессора:
– Вы прибыли на репетиционную базу.
