Онлайн-библиотека книг
– Там всякие банки хранят, – с набитым ртом уточнила Наташа.
– Абсолютно верно, – подтвердила я.
– Он… о… не помню, – забубнила она, – я вроде… забыла!
Наташа бросила недоеденный кусок и схватила салфетку.
– Ой, тошнит! Сейчас меня вырвет!
Зажав рукой рот, Наташа со скоростью испуганной ящерицы вскочила и ринулась вон из пиццерии. Я не ожидала от нее подобной прыти и поэтому слегка замешкалась. До сего момента Наташа передвигалась медленно, говорила вяло и вела себя, словно затюканный авторитарными родителями ребенок.
Когда я выбежала из кафе, Груздевой и след простыл. Кричать на весь магазин: «Наташа» показалась мне глупым. Торговый центр большой, посреди первого этажа четыре эскалатора, от них в разные стороны ветвились коридоры.
– Сумку забыли, – сказала официантка, выходя следом за мной, – держите!
Я машинально взяла жуткую, грязную торбу Груздевой. Внутри что-то лежало.
Затем спросила:
– Где здесь туалет?
Подавальщица принялась беспорядочно тыкать руками в разные стороны.
– Везде! Внизу, наверное, их штук шесть или семь.
Я огляделась вокруг и пошла к выходу. Бесполезно разыскивать Наташу. Что случилось? Ее напугал мой вопрос про подвал? Отчего несчастной стало плохо с желудком? От большого количества поглощенного сладкого или от внезапно накатившего ужаса?
В полнейшем недоумении я добрела до машины, села за руль и заглянула в ее сумку. Издали она казалась пустой, а если вспомнить, что Ната собиралась за картошкой, то и должна быть таковой.
Я, поколебавшись секунду, развернула ее и увидела пластиковые тапочки – наиболее дешевый вариант из представленных в продаже. Кстати, почти совсем новые, похоже, их надевали раза два-три. Пару секунд я обозревала находку, потом вынула мобильный и набрала номер Катюши.
Лучшая подруга выслушала мой рассказ и спокойно сказала:
– Мало что помню из курса психиатрии, а психологию, когда я училась, врачам не преподавали.
Я вбила цифры в телефон и тут же воспользовалась им. Антонов выслушал мой рассказ и сказал:
– Поставить диагноз заочно невозможно. Лучше привести женщин в клинику.
– Просто намекните, о чем может свидетельствовать ее поведение, – взмолилась я.
