Какую зацепку нашел? Пузырек в складках шторы?
– Пузырек не зацепка, а полновесная улика, указывающая на убийцу, – ответил Пушкин. – Оставалось только его найти.
– Не томи! – строго приказал Лелюхин, наливая и поглощая следующую рюмку.
Пушкин заставил себя не смотреть на часы.
– Факт первый: утром девятнадцатого декабря Ольга Петровна оказалась там, где не должна была быть: в ресторане «Славянского базара», – начал он.
– Почему же не должна?
– Ее муж, Григорий Филиппович, не сказал, что снял номер для проведения ритуала.
– Ей могли рассказать сестры."
"– Не могли. Марина Петровна ничего не должна была знать, она завтракала со своим мужем Петром Филипповичем, который такие темы с женой не обсуждает. Виктор Филиппович тем более ничего не рассказал бы Ирине. Потому что сам снял номер по особой причине. Откуда узнала Ольга Петровна, где искать пропавшего мужа?
Лелюхин задумался.
– Хороший вопрос, Алеша, на самом деле, – сказал он.
– Есть и второй: когда я говорил о смерти Григория, она не стала расспрашивать, где это произошло.
Ольга Петровна промолчала. Потому что знала.
– Известная ошибка: преступник забывает, что должен показать незнание.
– Факт третий: как мог Григорий Филиппович забыть лекарство, которое всегда носил с собой?
– Она у него вытащила?
– Самый простой ответ. Четвертый факт: записка Григория брату с того света. Откуда взялась? Кому проще всего найти в письмах Григория нужный по смыслу фрагмент?
– Жене! – проговорил Лелюхин.
Пушкин согласно кивнул.
– Факт последний: только Ольга Петровна могла подготовить письмо для Коччини, написанное рукой Григория Филипповича. Тот же прием: взять похожий отрывок из его письма. Уверен, что найдем в ее доме обрезки писем. Если соединить в формуле факт первый с фактом пятым – получаем решение одного неизвестного.
Василий Яковлевич не нашел аргументов, чтобы возразить.
– Но ведь убивать Ольге своего мужа – смысла нет никакого!
– Ни малейшего, – согласился Пушкин.
– Тем не менее Григория Немировского отравило дигиталисом белое привидение.
Горлышко бутылки замерло над рюмкой.
– Откуда знаешь, что оно было белым? – спросил Лелюхин.
– Привидение видел половой гостиницы. Правда, не совсем привидение. Но в белом. Что стало важным звеном формулы: почему сестры, как одна, надели траурные платья после смерти Григория? На похоронах полагается так одеваться. Но держать траур по чужому мужу – довольно странно.
