У-у-у-ух! Ещё какое-то время я глубоко дышала, прикрыв глаза, пытаясь вернуть себе спокойствие и возможность спокойно и более-менее хладнокровно мыслить. Получалось у меня из рук вон плохо, и я решила, что если я просто немного похожу по своей спальне, то мне станет немного полегче и я открыла глаза, чтобы чуть ли не подпрыгнуть на месте.
Возле моей кровати стоял манекен с платьем. В носу неудержимо защипало, а я дёрнулась к этому произведению искусства для того, чтобы рассмотреть его поближе. Было в этом движении нечто, совершенно оторванное от реальности, хотя бы потому, что это платье удивительно походило на то, в котором я дебютировала на Венском балу, вот только было оно больше, лучше, белее, что ли? Не знаю, как это ещё описать, но от одного взгляда на него у меня просто перехватывало дух.
"
"Узкий лиф с достаточно глубоким вырезом сердечком был несколько стыдливо прикрыт тончайшим шифоном, который не столько скрывал грудь, сколько давал простор для воображения, воздушная и почти невесомая пена сборок на предплечье, казалось, ограняла плечи словно золото алмаз, а пышная и почти невесомая юбка давала силуэту лёгкость и невесомость.
Платье было настолько красиво, что я тут же забыла про Джеймса и все свои планы настолько мне его хотелось померить. Однако из задумчивости меня вывел небольшой конвертик, приколотый к поясу. Трясущимися от волнения руками, я его открыла, чтобы обнаружить внутри записку.
""Я был неправ и прошу прощения за своё поведение. Надеюсь, ты дашь мне возможность загладить всё произошедшее одев это платье и придя сегодня вечером в амбар, как мы и договаривались? ”
Твой Джеймс
– Твой Джеймс, – прошептала я и замерла в растерянности.
Честноне знаю, чего именно я ожидала от сегодняшнего вечера, но извинений от этого самодура в этом списке точно не было. Но он извинился, и, конечно, можно было бы продолжать злиться или же заявить, что его поведение нельзя искупить простым «прости», вот только я вполне отдавала себе отчёт, чего оно ему стоило. За последние несколько недель я уже успела довольно хорошо познакомиться с характером его нахальства.
Он не был плохим человеком, не был жестоким или злым, вполне возможно, что если бы Джеймс вырос под присмотром своих родителей, а не придворных лизоблюдов, то из него бы получился очень приличный правитель. А так! Принц, а позднее король просто никогда не знал отказа, ни в чём, всё, что он когда-либо хотел тут же, оказывалось в его распоряжении, никто не смел и слова сказать ему против.
